Сегодня в ожидании имама, который задержался на пятничную молитву аж на час, стал изучать библиотеку молельного зала, в котором мне уже не раз доводилось молиться.

Среди кучи модернистской макулатуры в мне руки попалась традиционная боснийская брошурка об основах Ислама, которая тронула меня до глубины души. Книга позволила мне немного по-другому взглянуть на феномен боснийцев, чем я и решил поделиться с читателями.

Честно говоря, до сего момента я де-факто был склонен соглашаться с мнением тех босниефобов, которые утверждали, что говорить на их примере о каком-то «славянском исламе» нельзя. Насколько я знаю, большинству боснийцев абсолютно неприсуща славянская самоидентификация, что косвенно подтверждает тезис о том, что их этничность есть результат отуречивания изначально славянского народа, т.е. своеобразной этнической манкуртизации.

Сегодня я не просто понял, я прочувствовал, что такой взгляд на природу боснийцев является глубоко ошибочным.

Начнем с пресловутой «славянской идентичности«. Собственно, а у каких славянских или славяноязычных (т.к. что такое славянство, это само по себе вопрос) народов есть выраженная самоидентификация именно как славян?

Живя в Центральной Европе и бывая там много раз ранее, мне приходилось не раз встречаться и общаться с представителями, наверное, всех славянских народов: западных, южных и восточных. Хочу сказать, что не только боснийцами, но и обычными, неполитизированными представителями большинства славянских народов: чехами, словаками, хорватами, македонцами, поляками — намеки на какую-то специальную славянскую идентичность, тем более, солидарность, панславизм воспринимались как чудачество.

Панславизм как общественное настроение имел место у большинства этих народов и маргинальные его последователи есть и сейчас, в основном среди язычников. Тем не менее, сыграв свою роль тогда, когда это было нужно для освобождения от владычества чужеродных империй (Австрийской и Османской), он не нашел себе места в актуальных национализмах большинства славянских народов и никак не влияет на идентификацию их обычных представителей.

Люди считают себя чехами, хорватами, словенцами, македонцами, поляками, но не какими-то абстрактными славянами. И знание о славянских корнях не мешает с антипатией относиться словенцам к хорватам, словакам к чехам, а уж как относятся к русским те же поляки и объяснять не надо.

Пожалуй, выраженная славянская идентификация наиболее характерна, во-первых, для сербов и болгар, у которых она является следствием травмированного национального самосознания, зацикленного на противостоянии с турками, во-вторых, для части русских, украинцев и беларусов, для которых «славянская идея» выражается в стремлении к объединению только этих народов, но отнюдь не всех славян.

А теперь на счет боснийцев. Боснийцы — это славяне, и это было ясно, как сама очевидность при чтении этой боснийской мусульманской книжки, выпущенной их традиционалистским изданием в Мюнхене.

И дело даже не в формальной принадлежности языка к славянской группе, нет. Поразительно то, насколько естественно и органично они сумели выразить самые глубокие исламские переживания на родном и народном славянском языке. Читая их боговосхваления, гимны и прославления Пророка, мир ему и молитва, а также описания обрядов, созданные на исконном, от души идущем славянском языке, было невозможно не прочувствовать, что Ислам — это не нечто чуждое и навязанное им турецкими завоевателями, а они сами — не этнические манкурты.

И в этой связи начинаешь куда серьезнее относиться к боснийской версии их собственного этногенеза, согласно которой решающую роль в их будущем формирование как нации сыграли христианские диссиденты вроде ариан, которые нашли в их землях убежище от преследований господствующих церквей. И то, что в последующем потомки этих людей, во-первых, так легко приняли Ислам, а во-вторых, так твердо за него держались против внешних врагов, совершенно закономерно, если вспомнить, как молниеносно и необратимо при соприкосновении с мусульманами принимала Ислам арианская Северная Африка.

Ну, а то, что боснийский язык вобрал в себя множество мусульманской арабской и турецкой лексики, это факт, но хочу сказать, что даже после этого он выглядит куда более славянским, чем русский язык. Вообще не могу не отметить, что общаясь с разными славянами и научившись более-менее понимать общую основу их языков, я все больше утверждаюсь в выводе, что русские — это наименее славянский народ, который с большинством других славян связывают лишь далекие общие корни.

(опубликовано в «livejournal«)

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*