В только начавшемся 2010 году четко обозначились контуры либеральной фронды, включающей в себя элитариев и околоэлитариев, которые хотели бы вернуть порядки «как при Ельцине«.

Тенденция эта носит более глубокий характер, но ко внешним ее проявлениям можно отнести столь не связанные между собой явления как информационную кампанию против МВД, раскрутку блога [info]t_yumasheva (дочери Ельцина), большой успех и еще больший резонанс протестного митинга в Калининграде (о чем я собираюсь написать отдельно), ну, и, конечно же, очередной, на сей раз предельно откровенный доклад ИНСОР.

Надо понимать, что либеральная оппозиция в России это не уличная шпана, хотя до самого последнего времени именно такое ощущение о ней могло сложиться при ее отождествлении с группировками вроде ОГФ и «Солидарности«. На самом же деле, либеральный проект имеет поддержку во вполне влиятельных, респектабельных, больше того, встроенных в актуальную элиту кругах — у политических аналитиков, технологов и опинион-мейкеров, значительной части масс-медиа, части крупного капитала и городского среднего класса, некоторых региональных элит.

Всех их объединяет то, что у них долго копилось и, похоже, начало выплескиваться наружу то, что можно охарактеризовать одним словом — «достало!». Этого «достало!» накопилось в значительной степени и у российских мусульман, хотя выплескиваться наружу оно еще не стало. Но если раскрутится маховик либеральной фронды, то в политическую разморозку страны может автоматически включиться и мусульманский фактор, и это ставит на повестку дня немаловажный вопрос: в каком взаимоотношении между собой находятся в России два этих вектора — либеральный и мусульманский?

Так как либералы декларируют борьбу за либерализацию общественно-политического климата в стране, велик соблазн поддержать их как выразителей наших чаяний и интересов. Это логично, ведь именно существующий государственный, чекистско-ментовской пресс, освящаемый Московской Патриархией, мешает нам свободно исповедывать и проповедывать Ислам, стало быть, мы заинтересованы в изменении этой системы на более либеральную и равноудаленную по отношению к религиям.

Однако не стоит забывать, что мы имеем дело с большой политикой, а в ней крайне важно исходить не из голых теорий, а из реализма и конкретики, которые только и позволяют понять, кто твой друг, а кто враг. Конкретика же, на мой взгляд, в данном вопросе заключается в следующем.

В России мы имеем дело не с абстрактными либералами — последователями идей Канта и Адама Смитта, хотя и такие там используются на, так сказать, академических подтанцовках. Российский либерал, а именно либерал-ельцинец, с которыми мы имеем дело — это совершенно особый подвид либерала, который отличается рядом характерных признаков.

Первое. Российские либералы фанатически, просто до неприличия нетерпимы по отношению к любому инакомыслию. Это не какая-то там теория — их отношение к свободе слова и политической конкуренции с лихвой испытали на собственных шкурах многие их оппоненты за время ельцинского правления.

Либералы любят припомнить Путину, что он начал свое правление с ликвидации старого НТВ, но почему-то забывают, что при Ельцине оппозиционные газеты (вроде «День«, «Русский вестник» и т.п.) закрывались пачками не абстрактной властью, но именно по требованию и настоянию «демократической общественности». Знаменитое «раздавить гадину» было не случайной фразой, но отношением нынешних либералов — тогдашних демократов к своим оппонентам на протяжении всего ельцинского правления.

Я-то как раз помню свои ощущения глотка свежего воздуха в начале-середине путинского правления, как однажды, находясь в центральном книжном магазине Москвы, поймал себя на мысли, что в нем такое количество такой литературы, которая была бы и есть просто немыслима в книжных магазинах той же Европы. В ельцинские времена ничего подобного и близко не было, как и не было на телевидении многих лиц и имен, которых туда принципиально не пускали либералы и которые появились там лишь на волне определенной экспертной ротации: ДугинПрохановНарочницкаяДжемаль и т.д., и т.п.

Впрочем, примерно к середине — концу второго путинского срока товарищи чекисты снова вошли во вкус и начали отыгрывать свои позиции под флагом «противодействия экстремизму«. В России появились списки запрещенной литературы, начали закрываться издательские дома и книжные магазины, сотни людей были посажены и, наверное, уже десятки (при том, что речь лишь о материковой России без Кавказа) убиты по политическим основаниям. С приходом к власти Медведева никакой оттепели не последовало, напротив, при активной или молчаливой поддержке многих либералов возникло новое веяние — бороться с «неправильным» отношением к истории.

Сегодня либералы позиционируют себя как оппозицию этому беспределу, но верить им никаких оснований нет. Хотя бы по той причине, что за образец политической свободы, к которой надо стремиться, они открыто выставляют ельцинскую эпоху — якобы демократию, противостоящую путинскому авторитаризму.

Однако формулу свободы по-ельцински можно смело определить как «демократию для демократов«, поэтому считать, что в ней будет место для мусульман — большая наивность, особенно с учетом нижеследующих соображений.

Второе. Российские либералы, в частности, ельцинской волны в своем подавляющем большинстве либо сознательные, либо инстинктивные исламофобы. Не был, кстати, исключением и сам Ельцин. Я помню, как меня удивил Равиль Гайнутдин, который рассказывал мне, что Ельцин в годы своего правления демонстративно (на аппаратном уровне) не скрывал своего отношения к Исламу, которое заключалось в том, что «никакого Ислама он в России не допустит». Так что, на фоне ельцинского отношения к Исламу в России даже путинское можно охарактеризовать как более лояльное. Не будем забывать и то, что бойню на Кавказе развязал также Ельцин, причем, одной из основных причин начала в 1994 году Первой Чеченской войны было опасение российских еврейских банкиров — основных спонсоров либерализма по поводу усиления позиций чеченской и других кавказских диаспор, которые при продолжении этой тенденции могли бросить вызов их господству.

Да и одной из причин развязывания семьей Второй Чеченской войны был подъем в российском обществе антисионистских настроений на волне кампании Макашова, а также информация о наличии договоренностей между командой Примакова и чеченскими боевиками о том, что последние на определенных условиях будут помогать возвращать в Россию капиталы, выведенные Семьей и ее вассалами за границу. Так что, развязывание войны помимо передачи самой власти преемнику способствовало нейтрализации угрозы имущественным интересам и безопасности самой Семьи, а также переводу стрелок национальной вражды с основного на момент 1999 года объекта на искусственно созданный — Ислам, кавказцев и мусульман.

Но и без всякой роли Семьи и старых семейных кадров не стоило бы обольщаться — российские либералы с завидной быстротой могут перебегать из стана ельцинистов в стан путинцев, а из путинцев — в медведевцы, однако, при всем при этом их отношение к Исламу и мусульманам остается неизменно враждебным. Не побоюсь утверждать, что либеральная среда в России является рассадником исламофобии даже в большей степени, чем националистическая — у многих русских националистов нет никакого неприятия к Исламу как к религии, многие уважают ее и считают возможным чему-то у нее учиться, немало и просто исламофилов, уже не говоря, о десятках и десятках русских националистов, принявших Ислам. Либеральное же лобби намеренно переводит стрелки с проблемы замещающей иммиграции, кстати, продукта либералов и одобряемой ими политики, на Ислам как религию и противостоящий ценностям либерализма образ жизни, манипулируя защитным ксенофобским инстинктом аборигенов в интересах глобального сионистско-крестоностского либерального альянса.

Третье. Либералы российско-ельцинского разлива являются абсолютно фанатичными сторонниками тоталитарной финансово-капиталистической системы. Они жестко пресекают любые посягательства на гегемонию этой системы, решительно противодействуя альтернативным экономическим моделям и институтам, а также энергетическим проектам, развитие которых породило бы принципиально новую социально-политическую реальность. В этом смысле абсолютно показательной является политика одного из основных закулисных российских либералов — Чубайса на посту сперва главы РАО «ЕЭС», а теперь и ГК «РОСНАНО» — в обоих случаях этот «великий реформатор» успешно блокировал и блокирует развитие всех реальных инновационных проектов, способных перевести российскую экономику в другой формат развития. Аналогичной является и позиция либерального клана в Центробанке и Минфине, который даже такую безобидную тематику как «исламский банкинг» воспринимает как «финансовый экстремизм». Это выразилось и в отзыве банковской лицензии у единственного в России «исламского банка» (БАДР-Форте), и в крайне негативном отношении этих кругов к созданию в России новых «исламских банков» во вполне практических целях привлечения в Россию иностранных инвестиций.

Естественно, что Ислам, открыто провозглашающий идею альтернативной неростовщической и немонополистической экономики, воспринимается этими кругами как опасность, тем более, что в случае с мусульманами они имеют дело не с абстрактными мечтателями-утопистами, но с людьми, которые могут и торговать, и воевать, составляющими пятую часть населения планеты, расположенную на территориях, имеющих ключевое геоэкономическое и геополитическое значение.

Четвертое. Как это следует из доклада ИНСОР, российские либералы ничего не поняли и ничему не научились — на фоне своих западных коллег они выглядят, как те самые миряне, что еще большие католики, чем сам Папа Римский. По крайней мере, так следует воспринимать предложение ИНСОР России активнее включиться в военную авантюру НАТО в Афганистане. Меж тем, уже через 2-4 года США с высокой вероятностью уйдут из этого региона, и на этом фоне геополитическую линию российских либералов нельзя назвать иначе как преступной и антинациональной подставой, равно как и аналогичное предложение их коллег — «патриотов» Рогозина и Громова по тому же вопросу.

Итого, нет ни одного реального пункта и конкретного основания, из которых бы следовало, что российским мусульманам следует возлагать какие-то надежды на либеральный реванш в России.

Вместе с тем, это не значит, что мы должны как-то противопоставлять себя им или мешать им в тех вопросах, где они объективно — помимо своей воли — могут облегчить положение мусульман в нашей стране. Напротив, мусульмане России должны суметь воспользоваться активизацией либеральной фронды и возможным ослаблением репрессивного пресса и однопартийной гегемонии в стране для обретения собственной субъектности в новой общественно-политической системе.

(опубликовано в «livejournal«)

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*