Среди прочих работ Карла Шмитта, доступных в особенности российскому интеллектуальному читателю, бесспорно заслуживает вдумчивого прочтения краткий сборник его академических заметок под названием «Политическая теология«.

Его осмысление при знакомстве с другими работами Шмитта и истории развития немецкой мысли и политики в середине ХХ века и около нее позволяет понять интеллектуально-духовную подоплеку всеохватывающего немецкого восстания против существующего миропорядка.

И если суммой этого политико-социально-экономического восстания стал немецкий национал-социализм, то лидерами немецкого интеллектуального восстания, на мой взгляд, не умаляя достоинств многих других выдающихся и просто гениальных немецких мыслителей, могут быть названы трое: Мартин Хайдеггер, Эрнст Юнгер и Карл Шмитт.

Их воззрения и идеи фактически дополняют друг друга и складываются в некое тотальное мировоззрение, бросающее вызов все еще продолжающему доминировать и все еще продолжающему разлагаться схоластическому позитивизму. Это — радикальная онтология Хайдеггера, гештальт-социология Юнгера и экзистенциальная политология и юриспрудения Шмитта.

О последней мы сегодня и поговорим.

Собственно говоря, почему среди прочего важна эта небольшая книжица «Политическая теология»?

Потому, что, с одной стороны, это вполне себе «в-теме» (внутри академического дискурса) обстоятельное научное исследование по политико-правовым вопросам, которому нельзя отказать в праве участвовать в дискуссии наряду с другими концепциями, коии в нем тщательно исследуются и критикуются.

С другой стороны, восстание и вызов, о которых мы говорили, заключаются в том, что сама методология, с которой автор просто таки врывается в благочинную дискуссию позитивистских и естественно-правовых авторов, переворачивает весь ее ход. Новаторство или, точнее, вызов состоит в том, что Шмитт привносит в философию права и политики развивающуюся на тот момент параллельно философию экзистенциализма, беря за основу своих размышлений то «исключение», которое до него просто выводилось за скобки при рассмотрении «правила».

Таким экзистенциальным исключением, мужественное осмысление которого, на взгляд автора, приводит к переоценке и самого статичного правила, является чрезвычайная ситуация как критерий для определения суверенитета, равно как в экзистенциальной философии именно чрезвычайная или пограничная ситуация является предельным раскрытием бытия и моментом истины.

Собственно, книга в своих принципиальных положениях сохраняет свою актуальность и в наши дни.

Во-первых, при том, что мы имеем дело, повторюсь, с абсолютно академическим политико-правовым трудом, трудно себе представить, как его могли бы изучать сегодня студенты в юридических ВУЗахи, напротив, совершенно понятно, почему его туда не пускают. Сама методология Шмитта как юриста взрывает всю конвенциональную юриспруденцию в области теории права и конституционализма, то есть, имеет глубоко подрывной характер для современной системы юридического образования.

Во-вторых, в высшей степени актуальны и показательны рассуждения Шмитта о компромиссной демократии бюргера, являющейся точь-в-точь аналогом современной российской теории и практики «суверенной демократии».

В этом смысле трудно найти больше недопонимание, чем отнесение ее идеолога и архитектора Суркова к числу сторонников Шмитта. Напротив, именно Шмитт с его концепцией абсолютного суверенитета и суверенной диктатуры не оставляет камня на камне от сурковского паллиатива и его исторических предшественников, вскрывает внутренне противоречивый характер их теории и нежизнеспособность практики на конкретных примерах.

В этом смысле, как и все настоящее, для имитационной российской действительности Шмитт представляет собой серьезную угрозу. При том, что его вполне могут упоминать или цитировать вполне системные политологи и мыслители, ядро концепции самого Шмитта будет до последнего замалчиваться, точь-в-точь, как это делается с наследием одного из немногих настоящих русских консерваторов В.Л.Цымбурского.

В-третьих, значительный интерес представляет блок книги, посвященный собственно политической теологии. Здесь можно выделить, как практические, так и теоретически моменты.

Практически, по вдумчивому прочтению этой книги не остается никакого сомнения в том, что вся концепция современного российского «политического православия» наиболее серьезным его интеллектуальным представителем Аркадием Малером просто под копирку списана с «политического католицизма» Шмитта. Это вполне закономерно, если помнить, что не только Малер был в свое время поклонником Шмитта и писал рецензии на него, но и нынешний патриарх Кирил, по свидетельствам многих знающих его лично людей, был и есть тайный папист, фактически, своеобразный крипто-католик.

Современное «политическое православие» в России таким образом является вторичным продуктом католической мысли и влияния, понимание и критика которого, с известными оговорками, требуют прежде всего пристального изучения самого оригинала. В этом смысле знакомство с рассматриваемой книгой Шмитта можно настоятельно рекомендовать всем интеллектуалам, интересующимся по тем или иным причинам современным «политическим православием» — проектным ядром патриаршества Кирила Гундяева. Критическое же рассмотрение данной концепции Шмитта я планирую осуществить в виде отдельного текста.

Теоретический момент, на который сейчас хотелось бы обратить внимание, это вписанность размышлений автора по данной тематике в интеллектуальный контекст своего времени, который позволяет как лучше понять то и другое, так и подвергнуть их содержательной критике. В частности, особый интерес представляет концепция «целибатной демократии», если рассмотреть ее через призму шпенглеровского противопоставления животного и растительного в рамках его концепции и сравнительное сопоставление идей Шмитта как немецкого католика генеральной линии немецкой исторической и политической философии, опирающейся на протестантизм, с которым он подспудно ведет свою полемику через всю эту книгу.

Словом, настоятельно рекомендую данную книгу к внимательному прочтению и осмыслению всем интересующимся политической философией, историей, теологией и юриспруденцией.

(опубликовано в «livejournal«)

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*