Недавно задумался о том, жалею ли я о том, что в начале — середине нулевых не участвовал в российской пародии на оранжад и скорее был к ней негативно настроен.

Если ставить вопрос конкретно так, то ответ будет — нет. Но прежде, чем объяснить, почему, надо сказать, о чем жалею.
Жалею о том, что пару — тройку лет в тот период была наивная надежда на возможность мирного сосуществования с этой системой, а в один, впрочем, непродолжительный период, даже какого-то союза с ней.

Жизнь быстро убедила в том, что это была блажь, но, честно говоря, сейчас стыдно даже вспоминать об этом. В связи с чем готов признать, что все, кто нас убеждали, что это невозможно, наивно, а при определенном развитии событий (которого, к счастью, не было) даже преступно, были правы, а я, споря с ними — нет.

Три момента утешают меня в этой неправоте.

Первое — любому русскому, который остро переживал последствия двух за прошлый век крушений страны в результате революционных потрясений, позволительно пройти через консервативный соблазн, чтобы понять всю его лживость и выйти на позиции непримиримости. Именно так — пройти_через_чтобы.

Второе — многим мусульманам в России было полезно пройти через соблазн комплиментарного сосуществования с Кремлем, чтобы понять — это невозможно, не поступаясь своими совестью, религией и интересами Исламской уммы. Многие уже через это прошли и еще больше тех, кто, даст Бог, только пройдет и придет к этим выводам.

Наконец, третье. Мне не был близок идеологический мейнстрим российской оппозиции, как не близок он и сейчас. Учитывая это, а также два вышеуказанных пункта, я могу сказать, что мой приход в радикальную оппозицию к путинизму в 2011 году стал следствием не идейных или эстетических соображений, которые легко меняются, о чем ниже, а выстраданным осознанием, что по-другому никак. Не дают и не дадут по-другому, поэтому, либо они уничтожат нас, и вся хвала Аллаху, Господу миров, если мы будем уничтожены, но не сломлены, либо мы уничтожим их, безжалостно и под корень.

А вот теперь о том, почему нет сожаления о том, что не был частью российского псевдо-оранжада и скорее был настроен к нему негативно.

А потому, что для большинства из них это было не всерьез. Потому, что, как показала практика, впоследствии, когда все стало действительно серьезно, одни сбежали и забились по углам, а другие и вовсе переметнулись на сторону врага, причем, что хуже всего, некоторые искренне.

Есть исключения, и перед ними я готов снять шляпу. Те, кто были непримиримы тогда и остались теперь, те, кто тогда были серьезны, и остались сейчас, когда все стало уже совсем серьезно. Пионтковский, Каспаров, ушедшая Новодворская, замученные Хомяков, Литвиненко, Щекочихин и многие другие из этого списка. Даже, если они боролись не по тем причинам, по которым решил бороться я, но они были правы в том, что еще тогда поняли, что нужно бороться с этой властью. Правда, верно и обратное — часть из них была на страже той системы, из которой вылупился путинизм — ельцинизма, тогда когда я, еще юношей считал необходимым с ней бороться в 90-е.

В общем, это такие круги русской истории. Но это также и из евангельской притчи про двух сыновей — один сказал, что придет и не пришел, а другой, что не придет и пришел.

Так вот, дай нам Бог в решающий момент сделать правильный выбор.

Опубликовано на  сайте информационного агенства InfoChechen.com ,  2017 г. 

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*