Почему побеждает ИГИШ, способствуя этим победам Асада?

К ПАТРИОТАМ ИСЛАМА

КОНЧИТОМАНИЯ РОССИЙСКИХ МУСУЛЬМАН

ЭРДОГАН И УКРАИНА

Об интересах НОРМ

Уровень размышлений мусульман

Либералы и исламофобия в РФ

Эрдоган и Путин

О страхе врагов Ислама перед русскими мусульманами

О жизни мусульман на Западе

Баталии по поводу женского журнала «Мусульманка»

Сирийцам не удалось создать мощную национальную альтернативу Асаду

Ислам современен

Про «ихвановский манхадж»

Разговор с ибадитом

Встречался сегодня с группой молодых мусульманских студентов

ПОЛОЖЕНИЕ МУСУЛЬМАН В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ И РОССИИ


Почему побеждает ИГИШ, способствуя этим победам Асада?

 

Весьма показательна в этом смысле история с осуждением Революционного акта Исламского Фронта Джабхат ан-Нусрой и аналогичными джамаатами.

Она показывает, что по большому счету политический подход таких групп не далеко ушел от ИГИШ. Однако в отличие от них ИГИШ оказалось последовательным в таком подходе, тем самым притягивая как магнит всех его сторонников.

История напоминает Гражданскую войну в России, где красные выиграли благодаря своему единству, а белые проиграли из-за его отсутствия.

В Сирии в свое время создание многочисленных исламских джамаатов привело к ослаблению и распылению сил Свободной Армии Сирии. На этом фоне закономерно именно своим единством усилилось ИГИШ.

Причем, занимаясь выяснением отношений даже в таких условиях, как сейчас, «умеренные» исламские джамааты обрекают себя на поражение от двух монолитных сил врага — ИГИШ, с одной стороны, и асадитов, с другой.

 

К ПАТРИОТАМ ИСЛАМА

 

Что меня больше всего угнетает в сложившейся ныне исторической ситуации, так это состояние мусульман. В мире в целом и на постсоветском пространстве, в частности.

Даже не то, что мусульмане не способны быть самостоятельным фактором в войне «католиков и протестантов» Евразии. В конечном счете, у меня нет сомнений, что эта война и трансформация Евразии, к которой она приведет, кончится крахом исторической России. Это произойдет не по одному, так по другому сценарию и тогда мусульманам Евразии в руки могут упасть, как созревшие плоды не только Кавказ и Идель-Урал, но значительная часть всех исторических земель Ислама в Северной Евразии.

Что будет тогда, вот о чем надо думать и что беспокоит меня больше всего.

Ситуация в Донбабве и Луганде в этом смысле не только показательна, увы, она типична для современных мусульман. Ведь, как показывает опыт, в моменты слома прежних структур очень быстро находятся и оружие, и солдаты, и командиры. Образуются армии и фронты, даже какие-то квазигосударственные структуры.

Что происходит дальше, увы, видно на примере большинства исламских «эмиратов» и «даулей» последнего времени. По сути, в большинстве случаев происходит обвал, а власть оказывается в руках людей, не способных решать элементарные задачи выживания и развития подопечного населения, уже не говоря о каком-то цивилизационном проекте.

Могут ли быть альтернативы? Могут, если к этому заранее готовиться. С людьми, умеющими воевать, в нужный момент у мусульман проблем не будет, ин ша Аллах.

Сегодня надо позаботиться о том, чтобы в нужный момент у нас оказались люди, умеющие управлять, строить общество и государство, цивилизацию Ислама.

С этим у нас проблемы, большие проблемы. Поэтому я обращаюсь к патриотам Ислама — людям со знаниями, возможностями и желанием. Особенно к мухаджирам, которые находятся в местах, где это возможно организовать.

Давайте начнем создавать политическую школу Ислама как кузницу будущих кадров. Ничего фантастического для этого не требуется — нужны учителя, их мы подберем, и, главное, нужны средства, чтобы организовать Исламский Институт. Обучение может быть как классическим, так и дистанционным.

Я уверен, что можно найти талантливую, имеющую потенциал роста мусульманскую молодежь из всех основных народов и сообществ Евразии. Можно организовать программу, позволяющую подготовить из них будущих архитекторов и строителей исламского общества.

Никакого «экстрима» не требуется — нам не нужен очередной Институт «Кавказ», в таковых в наши дни нет дефицита. Нам нужен классический ИНСТИТУТ. Где люди сидят за партами, слушают лекторов. Читают умные книжки, думают, обсуждают, планируют.

Кто может организовать — сделайте это ради Аллаха. Я лично готов внести свой вклад в организацию учебной программы по политическим и гуманитарным дисциплинам. Нужны спонсоры, которые бы профинансировали такой проект.

Если этого не появится, боюсь, что нежданные (!) победы будущего обернутся для нас новыми поражениями и смутами. Да упасет от этого Аллах.

 

КОНЧИТОМАНИЯ РОССИЙСКИХ МУСУЛЬМАН

 

Из свежего номера журнала «Шиитка»:

«Сегодня я пришла к окончательному мнению, что лучше все-таки жить в стране, где тебя пусть и осуждают за ношение платка, но все-таки и геев тоже не считают нормой».

Понятно, что действует российская установка «нам не надо, чтобы у нас наше было, нам надо, чтобы у вас вашего не было», но какое отношение она имеет к Исламу?

Что касается отношения к содомитам в странах куфра, то исламскую позицию в свое время метко сформулировал шейх Авлаки, рахимаху Ллах (цитирую по памяти): 

нас не волнуют, на ком женятся неверующие, на мужчинах, ослах или ком-то еще — мы должны призывать их к Исламу, и если они примут этот призыв, тогда уже на них распространяются требования шариата.

Иначе говоря — перед мусульманами в странах куфра НЕ стоит задача требовать введения шариатских запретов или наказаний, тем более, реализовывать их самовольно. Потому что, юридически шариат обязателен для человека, вошедшего в Закон, а как закон общества — для того общества, где он утвердился законом правления. 

Задача же мусульман в любых странах куфра — защищать свои права, которые позволят им практиковать свою религию самим и призывать к ней других. С мудростью и терпением. 

Поэтому, да, то, как себя чувствует моя жена в платке, меня волнует, а как себя чувствует условная кончита — не очень. Тем более, что если бы не русскоязычные ресурсы, я бы про нее вообще вряд ли узнал 

Практически везде, где местные мусульмане собирают шишки на свою голову, они расплачиваются либо за свою тупость, либо за свою трусость. Либо за то и другое вместе.

Аллах не меняет положения людей, пока они сами не изменятся. Да простит нас всех Аллах.

 

ЭРДОГАН И УКРАИНА

 

Сейчас начинают обсуждаться высказывания ряда людей из эрдогановского истеблишмента с осуждением Запада за «провоцирование гражданской войны в Украине».

Три тезиса в этой связи.

Во-первых, для нас как для мусульман это хоть и связанные (о чем ниже), но разные вещи — Турция и Украина. Турция — это Турция, тут мы заинтересованы в исламском порядке, Украина это Украина, тут мы заинтересованы в национально-демократическом государстве, помогающем нам решать наши задачи на постсоветском пространстве и лояльном к мусульманской общине.

Во-вторых, я надеюсь и почти уверен, что на уровне государственной политики турки будут соблюдать привычный для себя нейтралитет, если уж им не хватает в данном случае видения и решимости, чтобы проводить активную политику в своих интересах.

В-третьих, с тем, что пропутинские настроения в АКП (как и вообще среди мусульман мира, увы) есть, мы лично столкнулись уже давно.

Увы, именно в Турции эти настроения являются ярчайшим показателем той стратегической ограниченности, о которой я не раз писал, и которая всерьез заставляет волноваться о судьбе неоосманского проекта.

Много тут говорить излишне. Симпатии к правителю, чьи идеологи, спецслужбы и СМИ единодушно являются врагами не только твоей религии и страны, но и конкретно твоей политики и власти, можно охарактеризовать только резкими и грубыми словами.

Когда мы доносили эти факты до турецких путинофилов — и то, как путинские СМИ демонизируют «исламизацию Турции», и то, как они поддерживали Гези, и преследования турецких джамаатов в России, они просто ОТКАЗЫВАЛИСЬ В ЭТО ВЕРИТЬ. 

Мотивы такой страусинной политики понятны — они считают, что Путин и Эрдоган проводят похожую политику похожими методами, что отчасти верно, и поэтому им надо быть заодно, что неверно категорически.

Неверно по той простой причине, что вопреки рациональным доводам, вопреки тому, как хотели бы эти путинофилы и как это предлагали в свое время мы, неоимперская Россия видит в османском и шире суннитско-исламском проекте своего врага.

Ибо, это вшитая в нее программа, ее «политический ДНК», чего долгое время не понимали мы сами, а теперь поняли и пытаемся объяснять туркам в том числе.

Далее, понятно нежелание играть заодно с теми, кто поддерживает Гези или Гюлена, понятно опасение этой игры.

Но Украина это как раз тот редчайший случай, где Турция могла бы сыграть роль третьей силы между Западом и Востоком, но и поддержать такие силы.

Естественно, неофициально, но и в этом случае, чем мазохистски поддерживать одного из своих врагов, можно было бы оказать сочувствие консервативно-революционным силам вроде Правого Сектора, которые, я уверен, не остались бы в долгу. Особенно, если бы, пользуясь своим влиянием на венгерских националистов, турки способствовали их примирению с украинскими.

В этом случае именно Турция могла бы стать третьим полюсом сегодня для венгров и украинцев, а завтра — для аналогичных сил во многих странах Восточной Европы. 

Турецким исламистам пора играть более активную игру. После того, как они влезли в Сирию и сделали заявку на роль мировой державы и лидера всех мусульман — это единственная возможность ВЫЖИТЬ.

 

Об интересах НОРМ

 

У многих, наверняка, возникает вопрос — а какое дело нам, НОРМ, до событий, происходящих в Украине, почему они вызывают у нас такой живой отклик?

Мы что, за демократию во всем мире, евроатлантические ценности или просто «за всякий кипешь кроме голодовки»? Нет, ни то, ни другое и ни третье.

С разрешением ситуации в Украине мы связываем ряд тактически истратегически важнейших для нас вопросов. А именно, мы хотим, чтобы:

1) у границ России, тем более, в безвизовой с ней пока стране возникло либо враждебное Кремлю, либо, как минимум, очень холодное к нему, но однозначно не подконтрольное путинской России государство, где смогут находить убежище и приют, в том числе, русские мусульмане, преследуемые в РФ;

2) независимая, соборная, национальная Украина стала осиновым колом в воскресающий труп панмосковитской империи, которая в любом ее виде, будь то красном или белом или их ублюдочной помеси, всегда и неизбежно враждебна Исламу в целом и русским мусульманам, в частности. 

Это интересы и цели собственно НОРМ.

А кроме того, НОРМ связывают крепкие, братские узы с украинскими мусульманами и мы хотим, чтобы они жили в государстве, в котором сможет нормально развиваться его мусульманское меньшинство в целом и украинский ислам, в частности.

Не буду также скрывать — у многих русских и украинских мусульман есть четкое понимание, что им как народам, занимающим похожее положение в умме и близким по крови и языку, был бы выгоден тесный союз и взаимоподдержка двух национальных исламских общин в рамках своеобразного славяно-исламского интернационала. К созданию которого мы, по-видимому, будем стремиться.

 

Уровень размышлений мусульман

Уровень размышлений мусульман о событиях в Украине является наглядной иллюстрацией того, почему мы находимся в таком положении. 

Причем, касается это не только случаев одиозной шизофрении, когда люди, считающие себя мусульманами, выступают под махрово-советскими лозунгами «давить бандеровцев», «железной рукой» и т.п.

Не в меньшей степени это касается и «исламистской» терминологии в духе «кафиры воюют с кафирами», «не воевать за тагут» и т.п.

Подобный подход наглядно демонстрирует только одну вещь — в то время, как в мире идет борьба ИНТЕРЕСОВ, политически кастрированные «исламисты» способны рассуждать лишь с позиции ИДЕЙ.

Тем же националистам из УНА-УНСО тот факт, что в Чечне мусульмане и кавказцы воевали с православными братьями славянами, никак не помешал тому, чтобы приехать и поддержать первых. Хотя несколькими годами до этого они поддерживали православных грузин против христиано-мусульмано-языческих абхазов.

Почему? Да, потому что, они знали, где и в чем заключаются их ИНТЕРЕСЫ и ехали воевать за них.

Так же поступают и все, кто руководствуются своими интересами — те же США, не задумываясь могут блокироваться хоть с демократами, хоть с националистами, хоть с салафитами, хоть с шиитами, если видят в этом свой интерес.

Мусульмане в массе своего интереса просто не видят, поэтому и несут беспомощный лепет про идеи, ценности и т.п., которые к СУТИ ДЕЛА никакого отношения не имеют. 

Не приходится удивляться тому, что максимум, что может выдать на выходе такое «исламистское» мышление — это проекты вроде ИГИШ, с одной стороны, или поддержка откровенных антиисламских режимов сервилистскими муфтиями, с другой.

Либералы и исламофобия в РФ

Не одному мне, по-моему, в последнее время показалось, что часть либеральных политиков и СМИ известной национальности стали как-то вступаться за мусульман.

К чему бы это, если они же все последние годы активно раздували исламофобию?

Я думаю, дело тут вот в чем. Не умом, так инстинктом, который у них развит очень хорошо, они стали понимать, что дело заходит дальше, чем они рассчитывали.

И не потому, что боятся, что, начав с нас, в итоге возьмутся за них — это почти нереально, хотя по касательной огрести можно, а они со своей исторической памятью боятся даже этого. 

Но по-крупному, я думаю, испугало их другое. Антиисламскую волну можно было бы и дальше гнать и гнать при уверенности, что это будет делать прозападная, сионо-крестоностская Россия, авангардом которой хотят быть такие как Сатановский, Соловьев и т.д.

Но карты спутала… Украина. И когда в воздухе стали витать идеи ее раздела, тут они поняли, что наступает большой @… Потому что в этом случае об альянсе с Западом можно будет забыть и приготовиться к холодной войне с железным занавесом, после которой неизбежно последует крах с последующим трибуналом и «денацификацией». И они в таком случае рискуют оказаться в одной лодке с этими маньяками, с которых будут жестко спрашивать по счетам.

Причем не только Запад, но и «внутренние враги», руками которых он будет выматывать Россию. В том числе российские мусульмане.

Так что, я думаю, на фоне эскалации российско-западной конфронтации наиболее дальновидные наши «собратья по авраамическому монотеизму» начнут понимать, что от «интеллектуального русского национализма» надо отскакивать и занимать места В РЯДУ «внутренних врагов». То есть, рядом с нами. Как бы это было не неприятно. 

Потому что, хотя в моменте оно и небезопасно, но потом будет куда больше шансов не попасть под большую раздачу.

Ну, а нам, нам, конечно, надо пользоваться этим — вариантов у нас, как и у них здесь нет. При этом, разумеется, понимая и мотивы, и интересы каждой из сторон.

Эрдоган и Путин

Смотрю на рассуждения некоторых мусульман о том, что де Эрдоган идет по стопам Путина. А что, по-вашему, Путин политически плохо стоит на ногах? Реально держит в кулаке всю страну, без пяти минут восстановил Советский Союз, как хочет ведет себя с Западом. И что ему кто сделает?

А вы думаете, что в России будет диктатура, Запад все больше движется к ужесточению политического климата, а Турция, которая до сих пор минимум надвое расколота, сумеет при таких раскладах сохраниться как мощный полюс силы в условиях либеральной демократии?

Лично я заинтересован в том, чтобы Эрдоган вел себя, как Путин, по той же самой причине, по которой я не заинтересован в Путине в России. Если в России давят мусульман и нет никакой демократии, пусть будет место, в котором у мусульман будет вся полнота власти. Чтобы под прикрытием демократии ее не увели те, кто не хотят давать мусульманам ни власти, ни прав — ни в Турции, ни в России, ни на Западе, нигде.

С этой точки зрения, к Эрдогану может быть только одна претензия — он действует с большим отставанием от Путина, которое и может его погубить. Тогда как Путин, похоже, будет сохранять контроль за ситуацией еще очень долго.

 

О страхе врагов Ислама перед русскими мусульманами

В последние несколько дней в ФБ было несколько статусов о страхе врагов Ислама именно перед русскими мусульманами. 

Да, безусловно, в стратегической перспективе именно «русский ислам» это страшный сон для тех, кто хочет, чтобы вообще никакого Ислама в России не было. Именно поэтому они пытаются бить на упреждение СЕГОДНЯ, чтобы он не стал определяющей будущее страны реальностью ЗАВТРА.

Вместе с тем, на этот процесс надо смотреть без розовых очков, потому что успеха «русскому исламу» никто не обещал. В этой связи привожу ниже свой диалог с одним из идеологов ХТ в России:

Абд Ар-Рахман Багави
ФСБ ВЗРЫВАЕТ РОССИЮ — это уже общественное мнение.
Волгоград — митинг против ФСБ.
Нам (мусульманам) не хватает их смелости и решимости. Поэтому власти России и боятся того, что русские принимают Ислам. Русские — это свежая кровь, молодая нация и они всем народом изберут Ислам в качестве основополагающей мысли о жизни, человеке, вселенной. Аллах (с.в.т.) заменяет нас ими — это меня тревожит и радует одновременно. 
Русские отвергли капитализм и коммунизм. Перед ними осталась только одна идеология — это Ислам, который даёт ответы на вопросы: что было до нашей жизни, что будет после… и как связано то, что было до… и то, что будет после… с нашей жизнью. И эти ответы соответствуют реальности, и оттого удовлетворяют разум и успокаивают сердце.
Ислам идентичен природе человека, поэтому народы, приняв его, никогда уже от него не отказываются. Посланник Аллаха (с.а.с.) сказал, что Ислам не примут только два народа — евреи и цыгане. Так что у проповедников Ислама впереди ещё много работы.

Харун Сидоров Пока для такого оптимизма не вижу оснований. Исламизация русских только в начальной стадии и протекает со множеством эксцессов и осложнений. Но процесс идет, факт.
Вчера, в 17:42 с мобильный · Нравится · 1

Абд Ар-Рахман Багави В отсутствие Исламского государства народы целиком не примут Ислам, но это не освобождает нас от даъвата. Только русские способны стать связующим звеном между всеми мусульманскими народами России. Евреи это понимают, потому и ведут свою оголтелую лживую пропаганду, настраивая русских против мусульман.
12 ч. назад · Нравится · 1

Абд Ар-Рахман Багави В русских есть бесшабашность, искренность и энергия. Они отказались от империи, капитализма и коммунизма и остались лицом к лицу с Исламом. Русские — это свежая кровь, самая молодая нация на земле. Русские стоят стеной между нами и коренными малочисленными народами Севера, Сибири и Дальнего Востока. А это огромный потенциал, который мало кто рассматривал с геополитической точки зрения. Если русские станут к нам хотя бы нейтральными, мы сможем начать полномасштабную работу с этими народами. В этом я вижу свою миссию, возложенную на меня Аллахом (с.в.т.)! Поэтому и живу на северах, хотя ох как не люблю холод.)))
11 ч. назад · Нравится · 1

Харун Сидоров Безбашенность может быть сильным качеством, а может и нет. Проблема русских в том, что наш брат часто не видит берегов как вне Ислама, так и в Исламе. «Широк русский человек, надо бы сузить», — писал Достоевский. Применительно к русским мусульманам в наши дни это значит, принять форму, пригодную к долгосрочной, а не эпизодической исламизации. Пока же я чаще вижу последнее: принял Ислам — ушел из мира, принял Ислам — ушел в другие народы и, увы, принял Ислам — ушел из Ислама. При таком подходе никакой исламизации именно русских не будет. Она станет возможной только тогда, когда появится ядро из исламо-русских семей, воспроизводящих в себе идентичность вроде кряшенской. Вот это было бы закладкой фундамента на будущее, потому что Исламское государство в наших краях, судя по всему, дело не близкое.

*********************************************************

Собственно, именно последняя моя мысль и определяет стратегию русского исламского движения. Потому что, дабы посевы Ислама среди русских не оказались историческим сорняком, нужно, чтобы они пустили корни и дали свои плоды. 

А для этого нужно КАК МИНИМУМ три поколения русских мусульман (неофиты — дети — внуки), которые образуют ядро новой общности, способной к выполнению более амбициозных задач.

Критерий, когда можно будет сказать, что русские мусульмане состоялись как один из мусульманских народов, очень просто.

Это произойдет тогда, когда, как это происходит у каждого такого народа, браки внутри своей общности среди них станут нормой, а вне ее -исключением.

О жизни мусульман на Западе

 

Не было времени раньше об этом написать, но за последние пару недель не раз всплывали обсуждения на тему того, что мусульманам не надо ни жить на Западе, ни бороться за права мусульманского меньшинства внутри западной системы.

Про первое все более-менее понятно, так как отсутствие сегодня даруль-ислама, который бы принял всех европейских мусульман очевидно. А вот на втором, пожалуй, стоит остановиться.

В частности, была высказана мысль, что те, кто принимают роль меньшинства в западных странах, расписываются в неверии в возможность установления исламской системы.

По этому поводу я хочу сказать следующее. Имея за плечами скромный десятилетний опыт участия в исламском движении со знакомством с людьми и информацией на разных уровнях и осмыслением этого опыта, я лично действительно не верю в возможность установления исламской системы — с теми людьми, которые это писали.

Потому что, когда при обсуждении с подобными «исламистами» видишь, что они не могут элементарно ответить на вопрос, на чем основывается их понимание Ислама: каком мазхабе, трудах каких ученых, чьих фетвах и т.д., а взамен тебе говорят: ты лучше приведи доводы, понимаешь — СИСТЕМЫ Ислама нет прежде всего в головах этих людей. Равно, как ее нет в головах тех, кто придерживается обскурантистских воззрений, отрицающих серьезное исламское богословие, юриспруденцию, не говоря уже о науках духовных состояний.

При том, что все эти люди мои братья и я считаю нужным их защищать, если только они совсем уж откровенно не вредят другим мусульманам и Исламу, судьбу бы им я не вверил — ни свою лично, ни, тем более, общества.

Дома Ислама не построишь на таком фундаменте, а что же говорить о стенах и перегородках, которые мы имеем? У строителей исламской системы чаще всего близкое к нулевому гуманитарные мышление, знания в области политических наук, развития современного общества и тд. И вкупе с разрушением классической теологии на выходе это дает просто дичайший эффект.

Единственное, на кого я считаю возможным ставить в самом Исламском мире при таком раскладе — это Турция. Но будем откровенны в том, каковы политические источники ее мощи на фоне разрухи в других мусульманских странах.

С одной стороны, да, это наследие мощнейшей в истории Ислама Османской империи. Однако с другой стороны, будем откровенны — это интегрированность Турции на выгодных условиях в структуры Западной цивилизации, будь то военные или экономические.

То есть, в отличие от хаоса в головах и деятельности других исламистов, турецкие опираются на СИСТЕМУ. Но исламская ли это система? Нет, это западная система, важный стратегический участок которой удалось взять под свой контроль мусульманам. И похоже, что работает она пока именно поэтому, увы и ах.

Хорошо ли это? Тактически, да, но стратегически, конечно, плохо, очень плохо. Однако решением этой проблемы не может стать отказ от работающей системы, пока ее нечем заменить — в противном случае Турция из надежды мусульман всего мира станет в один ряд с Ираком, Сирией, Афганистаном.

Есть ли выход из этой ситуации? Теоретически, да, и лежит он в осознании того, что «разруха не в клозетах, разруха в головах». В том числе и в первую очередь в головах многих носителей «исламского проекта».

По хорошему, новое здание надо закладывать с фундамента. Собирать ученых — возродителей системы Ислама, его теологических и юридических основ в мощный центр, способный воздействовать на умму. Собирать ученых светских наук, способных развивать их в синергии с исламской теологией. Далее, на этой основе собирать специалистов в прикладных сферах знания. Сформировать таким образом исламский проект и начать его технологично внедрять.

Ну, а причем тут Запад? При том, что, во-первых, кадры для прикладных и гуманитарных наук есть только на нем и частично уже и для самих наук исламских. Во-вторых, собрать эти кадры, просто осознать эту необходимость и обеспечить им условия для работы на данном этапе может только исламизированная западная или наоборот вестернизированная исламская Турция. Ни Ирак, ни Сирия, ни Афганистан — это очевидно.

Так что, друзья, если исламский проект и возможен как альтернативная система, а не анти-система или спарринг-партнер западной, то только с подпиткой от западной цивилизации. Ибо другой в современном мире попросту нет, по крайней мере, исламской нет точно — умма есть, а вот цивилизации нет. 

Сие отнюдь не значит, что я призываю к пораженческой позиции — это не так. Именно поэтому я категорически против разделяющих ее гюленистов, которые хотят прогнуть Ислам под Запад, и за Эрдогана, который прогибает Запад под свой проект.

Если Аллах даст успех этому человеку и его команде, мусульманам удастся взять под свой контроль эффективно работающую экономику и армию в одной из ключевых стран. Но еще раз — надо понимать, что эффективность эта на данный момент обеспечена тем, что они порождение западной системы, а не разрушенной исламской.

А изменить это можно будет только включив мозги, для чего пока необходимо учиться у Запада (если что, Запад это не синоним демократии и либерализма). И если этого делаться не будет, я лично, да, буду считать, что мы или движемся к ахыр-заман или уже находимся в нем и что, возможно, до прихода имама Махди возрождения Ислама в мире мусульманам уже не наблюдать, а только нарастающую фитну. А в фитне, если и можно о чем-то говорить, то об уровне семьи, общины, максимум, отдельной страны или земли, но не о глобальной исламской альтернативе.

Баталии по поводу женского журнала «Мусульманка»

Наблюдаю баталии по поводу женского журнала «Мусульманка».

Что я хочу сказать? В свое время именно мы, НОРМ, осознав угрозу шиитской экспансии в российской умме, первыми начали непримиримый информационный и политический джихад против нее в русскоязычной среде. От создания одиозного ресурса «Шиа_Наджас», до борьбы за выдавливание шиитских и прошиитских лоббистов с основных исламских площадок.

Постепенно, в том числе нашими усилиями это удалось сделать на старом Ислам.Ру. Но то, что с 2005 года произошла существенная маргинализация шиизма в российской умме, это не столько наша заслуга, сколько отражение глобальной поляризации, особенно ярко проявившейся после войны в Сирии.

В итоге, не только в России, но и в мире на прошиитских позициях среди суннитов остаются те, кого можно назвать «жертвами 1979 года» — часть людей старой ихвановской школы, которые за чистую монету восприняли иранскую пропаганду, сердцевиной которой является лживый миф борьбы за освобождение Палестины, противостояния Западу и т.п.

В России эти ресурсы и этих людей можно по пальцам пересчитать — ИсламНьюз, Султанов, Маркус и т.д. ХВАЛА АЛЛАХУ, все новое, все более менее грамотное хотя бы в базовых вопросах Ислама поколение русскоязычных мусульман относится к шиитам ровно так, как к ним нужно относиться. 

Теперь на счет журнала «Мусульманка». Так как это женский журнал, я не берусь оценивать качество его контента. Но постановку вопроса о том, что в любом мусульманском журнале не должно быть никакого шиитского влияния, поддерживаю на 100%.

Могут ли шиитские авторы писать для подобных журналов статьи на профильные темы? На мой взгляд могут, как и любые другие, но при одном условии — наличии ЖЕСТКОЙ РЕДАКТУРЫ ТЕКСТОВ, вычищающей из них любую шиитскую пропаганду, от ссылок на позиции «джафаритского мазхаба» до терминологических оборотов вроде «пречистые имамы» с приветствиями (А), (С) после их имен и титулов, не принятыми у суннитов. Уже не говоря, естественно, о недопустимости рекламы шиитских изданий на страницах таких журналов.

Только при соблюдении этих условий у ВНИМАТЕЛЬНОЙ суннитской аудитории журналы с присутствием в них шиитских авторов не будут вызывать подозрений в прошиитской ориентации.

Но, реалистичность этого сценария вызывает у меня большие сомнения. Во-первых, насколько я знаю, именно так в свое время стала себя вести под давлением суннитской аудитории поумневшая редакция Ислам.Ру, чем вынудила уйти ту самую шиитскую журналистку, которая сейчас является главным бойким пером журнала «Мусульманка».

Во-вторых, о какой жесткой суннитской редакции может идти речь, если главным редактором журнала является… Гюльнар Джемаль?

Так что, как бы этого ни хотелось, но определяться придется всем. Журналу — с тем, является ли он коммерческим проектом, ориентированным на в основном суннитскую аудиторию, требования которой ему придется учитывать. Аудиторию — с тем, как воспринимать журнал, позиционирующий себя как главный женский мусульманский — в зависимости от того, какую линию поведения изберет и продолжит его редакция.

Сирийцам не удалось создать мощную национальную альтернативу Асаду.

Сейчас уже совершенно однозначно, что сирийцам не удалось создать мощную национальную альтернативу Асаду.

Собственно, это говорит не столько о том, что Асад представляет «сирийскую нацию», сколько о том, что последняя оказалась химерой. 

Сперва произошел ее раскол на алавитов и мусульман (которых обычно называют суннитами). Однако если сирийские алавиты объединены вокруг власти, то мусульманам объединиться не удалось. 

Наибольшие шансы были, конечно, у ССА, которая могла стать объединенной силой мусульман Сирии, признаваемой внешним миром. Однако ее стали нещадно дербанить.

Главные нападки, разумеется, исходили от многочисленных борцов с демократией во имя таухида. Причем, по сегодняшним плодам можно оценить всю порочность этой сектантской политики. 

Собственно, ситуация во многом повторила кавказскую, но с одним принципиальнейшим различием: на тот момент, когда борцы с демократией таки утопили ЧРИ, она уже выполнила свою историческую роль для военного сопротивления. И Имарат Кавказ провозгласил не кто-то, а президент ЧРИ. Последствия, на мой взгляд, все равно оказались стратегически негативными, но все же Имарату удалось сохранить под своим знаменем все вооруженное подполье на Кавказе.

В Сирии проект Имарат (Дауля) имел катастрофические последствия для сирийских мусульман. Причем, уникальным образом ему удалось настроить против себя не только сирийские национальные группы, но и Аль-Каеду и многих добровольцев, которые заняли на удивление разумную позицию отторжения Даули.

Результат?

1) Не состоялось единой сирийской силы — аналога ЧРИ, из которой (что принципиально) вышел ИК;

2) Раскололись силы иностранных добровольцев;

3) Ни одна из сторон не может своими силами взять верх над другой;

4) То же верно в отношении повстанцев/мухаджиров в целом и режима Асада.

Ситуация патовая и, очевидно, может быть решена только серьезным вмешательством внешних сил. Каким и каких? Ясности пока нет.

Но очевидно, что сирийское государство фактически прекратит свое существование, по крайней мере, на обозримую перспективу.

Ислам современен.

 

Мы можем изучать дискуссии факихов по политическим вопросам XV века и видеть, что их аргументы актуальны и по сей день.

О каком памятнике русской литературы того времени можно сказать то же? Да и произведений западноевропейских политических теологов того времени много ли найдется таких?

Не может худое дерево приносить плоды добрые.

Политическая философия «Братьев-мусульман» изначально была заложена на воззрениях Абдо и Афгани, которые пытались придать исламский лоск концепциям европейского Просвещение XVIII века с их «общественным договором», «разделением властей», «демократией» и т.д., когда на пороге уже был XX век с его мобилизационными тоталитарными режимами и соответствующими им идеологиями вроде фашизма и коммунизма.

Неудивительно, что на этом фоне ихвановцы весь век терпели поражения от баасистов — идеология последних вполне соответствовала XX веку, и как только этот век закончился, ушла в историю вместе с БААС.

Теологически, хотя Хасан аль-Банна в основах своих убеждений был ашаритом и суфием (и, кстати, эффективные технологии организации Братства были заимствованы им именно из суфизма, футуввата), он, будучи под влиянием Рашида Ридды, дал зеленый свет распространению салафитских идей, стал подыгрывать им. Чем был салафизм в Умме до роста влияния «Братьев-Мусульман»? Локализованным «Недждийским призывом». Не только бешеные нефтедоллары заливных режимов, но и признание и поддержка со стороны «Братьев-Мусульман» помогли салафизму стать мейнстримом исламской улицы.

Неудивительно, что набравшись сил, салафиты перестали нуждаться в давших им трамплин ихванах, а «ихвановский манхадж» стал в их среде синонимом всеядности и «попустительства ашаризму и суфизму», которых собственно и придерживались многие первые ихваны.

Далее, это «Братья-Мусульмане» после 1979 года стали проводниками идей «суннитско-шиитского братства», став союзниками и лоббистами ливанской «Хизбаллы» и хомейнистского Ирана, и даже договорившись до того, что последний является «лидером Исламского мира».

Неудивительно, что со временем и шииты усилились настолько, что перестали оглядываться даже на ихванов, которые последними поняли сущность проекта «новых фатиммидов», хотя некоторые из них не поняли и до сих пор.

Что сделали «Братья-Мусульмане», которых сильные мира всего тактически, на время допустили до власти? Они объявили о своей полной приверженности демократии, даже не «исламской демократии», как прежде, а уже просто демократии и признали капиталистическую неолиберальную модель. И это в периферийных странах капиталистической мир-системы, в то время как демо-капитализм уже трещит по швам в самой ее западной метрополии.

Стоит ли удивляться тому, что как ненужный, вызывающий лишние вопросы элемент их вышвырнули из власти реальные гаранты периферийного капитализма: армия и СМИ?

Что же мы видим сейчас? Никакого анализа своих ошибок, никакого признания пагубности прежнего курса. Вместо этого безоружных людей призывают гибнуть — ради чего? Ради установления/восстановления демократии?

Этот фарс, щедро оплаченный кровью сотен тысяч, если не миллионов мусульман, уже пора заканчивать. «Братья-мусульмане» обязаны честно признать полное банкротство своего почти векового политического курса, предложив вместо него ясную, соответствующую Шариату и адекватную времени программу. Либо Умма должна признать их полными банкротами, перевернув эту страницу своей истории и проведя работу над ошибками за них.

Про «ихвановский манхадж»

В комментариях к моему статусу по поводу ихвановцев было высказано, что на самом деле «турки» (Эрдоган и AKP) это тоже «ихвановский манхадж». 

На самом деле, это распространенный вброс ихвановцев, которым важно записать в свои ряды хоть каких-то успешных политиков (я из таких знаю только одного — Изетберговича), в связи с чем они включали в ихваны и Эрдогана, и Махатхира.

Ну, с Махатхиром вообще нечего серьезно обсуждать — он выходец из националистического движения в защиту коренных малайцев, пришел к власти с этой программой, и только, решив задачу создания успешного национального государства, возвысился до общеисламских проблем.

«Турки» же записываются в ихваны на том основании, что среди учителей и соратников Эрбакана и Эрдогана были замечены некоторые ихвановцы (а где их тогда не было?), а сам Эрбакан им весьма симпатизировал. Это так, но Эрбакан симпатизировал многим.

Однако и корни, и содержание у неоосманского проекта принципиально не ихвановские. Объясняю, почему.

1) Ихвановцы возникли на арабской модернистской волне идей Абдо, Риды и других, заточенных АНТИОСМАНСКИ, так как Османский халифат до конца худо-бедно представлял собой последний оплот исламского политического традиционализма.

В противоположность им «турки», естественно, происходят из османской политической традиции и обладают четким османским историческим самосознанием.

На моей памяти, один из видных российских ихвановцев, араб яростно критиковал Эрбакана именно за стремление воссоздать Османский халифат — в представлении ихвановцев лидерство в исламском политическом проекте должно по праву принадлежать арабам. Для «турков», естественно, это не так.

2) Ихвановцы в области акыды и фикха скрестили ужа с ежом, и в итоге ихвановский теологический мейнстрим это софт-салафизм, критически-терпимый к ашаризму, пост-мазхабизм, критически терпимый к мазхабам и пуританизм, критически-терпимый к суфизму. При этом критически-терпимый находится в диапазоне от прохладного до яро-пренебрежительного отношения, сдерживаемого по прагматическим соображениям.

«Турки» в отличие от них сохранили традиционный ислам — они ханафиты по мазхабу, акыду признают матуридитскую, к суфизму относятся откровенно положительно, хотя у них тоже появились пост-тарикатские суфийские джамааты вроде Саида Нурси.

3) Политическая культура — беда не только в том, что ихвановцы заигрались в демократию, беда в том, что у них реально демократическое, модернистское и эгалитарное мышление. «Турецкую» же социальную и политическую культуру пронизывает иерархическое, османской суфийской закваски мышление.

Именно поэтому Эрдоган в общем-то незаметно, но быстро установил авторитарный режим, вполне себе путинскими методами, техническо свернув головы основным своим противникам, тогда как ихваны оказались в политике несмышленными детьми, так и не выросшими за 90 лет.

Но есть ли что-то общее у «турок» и ихванов? Да, есть — те и другие пытаются играть на политическом и социально-экономическом поле демо-капитализма, по сути стремясь придать этой чуждой системе «исламский» лоск. Ихваны на этом поприще УЖЕ закономерно потерпели крах, «турки» ПОКА держатся на плаву.

Гарантирую, что это ПОКА не растянется надолго. Как я уже не раз писал, нынешний эрдогановский строй неизбежно является неустойчивой, временной конструкцией. И в итоге он будет либо — не дай Аллах — сметен пятой колонной из недр этой демо-капиталистической системы, либо — под давлением тех или иных обстоятельств — трансформируется в полноценную исламскую — фундамент возрождения Дар уль-Ислама.

Разговор с ибадитом

Давеча с интересом пообщался с единственным известным мне и при этом достаточно сведущим в своей школе русским ибадитом. Честно говоря, был приятно удивлен, если так можно сказать об отклонившейся от истины школе. 

Приятно в том смысле, что никаких диких извращений Ислама, характерных не только для де-факто отдельной религии — шиизма, но и многих отклонившихся течений современности, по крайней мере, при поверхностном рассмотрении не усматривается.

В свое время прародители ибадитов — хариджиты, конечно, были настоящим вызовом Халифату, от чего за этим именем и закрепилась такая слава. Но современные ибадиты — это такие же хариджиты, как современная КПРФ — большевики или социал-демократы — РСДРП. Словом, это успокоившаяся и ушедшая в себя школа, для которой в отличие от других современных сект не характерен даже прозелитизм. 

Перед общением я спросил фетву по поводу ибадитов, и мне было сказано, что они ахлю-бида, но при этом ахль-кыбла, то есть, мусульмане. И действительно, ибадиты:

— признают сахабов и считают их иджму источником Шариата;
— почитают матерей правоверных, да будет доволен ими Аллах, как и мы;
— НЕ СЧИТАЮТ ШИИТОВ МУСУЛЬМАНАМИ ЗА ИХ РАФИДИЗМ;
— признают праведный халифат: двух первых праведных халифов — полностью, Усмана — первые шесть лет и Али — до принятия арбитража, да будет доволен ими всеми Аллах;
— считая возможным восстание против несправедливых МУСУЛЬМАНСКИХ правителей, что есть заблуждение и основная претензия к ним (хотя, надо сказать, что и среди среди имамов Сунны были некоторые, тяготевшие к этой позиции), при этом они НЕ ВЫНОСЯТ ИМ ТАКФИР, то есть, возможность восстания против несправедливых мусульман не означает обвинения их в неверии (что им приписывают);
— их акыда напоминает мутазилитскую, но по многим моментам они с ними расходятся;
— временный брак они считают харамом и зина;
— молятся почти, как маликиты — с опущенными руками, но не размахивая ими, как делают шииты (правда при такбират аль-ихрам не поднимают руки). 

Словом, конечно, эта школа находится за рамками Ахль Сунна валь Джама’а, но дистанция с ними, похоже, не такая катастрофическая, как с шиитами или реальными хариджитами современности вроде такфиристов.

Встречался сегодня с группой молодых мусульманских студентов

Встречался сегодня с группой молодых мусульманских студентов по поводу акции протеста из-за запрета Корана. В очередной раз наблюдаю сценарий — если к сомневающимся по тем или иным причинам мусульманам присоединяется один активный мадхалист, считай дело похерено.

Как бы их отсечь от искренних и неискушенных мусульман — ведь это настоящие штрехбрейкеры и саботажники всех исламских проектов и начинаний. Просто идеальная публика для правящих режимов и спецслужб, как будто в пробирке выводили.

Гляжу сегодняшнюю ленту Интерфакс-Религии и создается впечатление, что ребятки всерьез труханули возможности исламского протеста и того, что сейчас по миру пойдет тема, что в России давят Ислам.

Похоже, сейчас они будут думать над тем, как бы создать имидж, что в России свободно развивается нормальный Ислам, а давят только экстремистов.

Сейчас очень важно в первую очередь самим мусульманам, в первую очередь нормальным традиционалистам не повестись на это, даже если они тактически сдадут некоторые карты. 

Наше цель — кардинальное изменение госполитики в области Ислама, а не какие-то временные подачки.

Честно скажу, для меня задача создания Исламского государства в наши дни это не «установление Шариата», потому что понимание последнего пока ограничивается вопросами «кино, вино и домино» (запреты) и «меч, палка, камни» (наказания).

Шариатская модель современного общества и государства совершенно не разработана, надо это признать. Но это не значит, что не надо к этому стремиться, просто можно взять пример с коммунистов, которые признавали, что до построения бесклассового общества будет «диктатура пролетариата», потом «развитой социализм» и т.д. 

А проблема Исламского государства в наши дни для меня — это проблема государства, поддерживающего Ислам и мусульман во всем мире, как СССР поддерживал коммунистов и союзные им движения.

С этой точки зрения, эрдогановская Турция гораздо ближе к этому — хотя и она чрезвычайно от этого далека! — чем «шариатская Саудия». Потому что первая хотя бы минимально поддерживает мусульман, вторая же — жандарм, служащий их врагам, в чистом виде.

Для интеллектуального прорыва Уммы требуется синергия людей, знающих фундаментальные исламские науки (акыда, фикх, сира и т.д.) и владеющих как минимум гуманитарной мыслью Запада (философия, правоведение, политология, социология, этнология и т.д.).

Этого нет, так как есть разрыв между теми и другими и, тем более, ими и активно действующей частью Уммы.

Зато в обилии разномастные модернисты, предлагающие вместо этого золота дешевую бижутерию: профанацию Ислама (отрицание мазхабов, отрицание калама, тасаввуфа и т.д.) и профанацию западного мышления (схематические идеологии, лозунговщина, книги Дейла Карнеги и т.д.)

И эта массовая продукция закономерно пользуется огромным спросом у деградирующей Уммы. 

Подъем же придет тогда, когда ее авторитетами станут ученые, с одной стороны, могущие разбираться в разногласиях школ калама или позиций в мазхабах и условиях их применения, с другой стороны, понимающих, что неоконы растут из Шпенглера, а все дискуссии по вопросам джихада или отношению к демократии блестяще вскрыты Карлом Шмиттом. Ну или хотя бы работающие в связке, пока не появится сочетающих это в одном лице.

Пока этого не произойдет, нас будут и в хвост, и в гриву. И самое обидное, что поделом.

Я считаю, что человек, который в это историческое время заложил фундамент для возможного обновления Уммы — шейх Абдулькадыр ас-Суфи aka Ян Даллас. И я говорю это как человек, который в последнее время политически дистанцирован от мейнстрима Мурабитун, как человек, у которого к этому мейнстриму есть вопросы и к которому в свою очередь есть вопросы у этого мейнстрима.

Кроме непонимания реалий российской ситуации, в которой мне как амиру НОРМ приходится действовать без всякой поддержки и при холодном дистанцировании братьев на Западе, главный из этих вопросов заключается в боли за то, что этот потенциал абсолютно не используется и не приносит плодов всей Умме, которые мог бы приносить. Больно за то, что то, что обладает таким колоссальным потенциалом, необходимым Умме, может закончиться сигарным клубом мечтателей и прожектеров, не имеющих обратной связи с реальной Уммой и живущих в своей башне из слоновой кости.

Но в бараке и миссии самого шейха, открывшего мне вкус и глубины религии, я никогда не сомневался. И сейчас, после Муссема, на который мне не удалось попасть, и, может быть, к добру, снова появилась надежда на то, что караван пойдет дальше, если не сейчас, то чуть позже.

Шейх назначил своим преемником молодого марокканского алима из благородной суфийской семьи. Политически это очень мощный шаг и это то, что необходимо для преодоления изолированности от Уммы европейского де-факто тариката. Традиционный исламский мир не примет европейца ни в качестве духовного, ни в качестве политического лидера — нравится нам это или нет, но это факт. А вот коренного араба принять в качестве такого авторитета может — при этом этот араб есть воспитанник и ученик европейского шейха, обновителя.

Далее, второй по значимости европейский шейх и лидер тариката Умар Вадильо прочно укоренился в стратегических землях Исламского мира и породнился — через первую жену с малайским народом, через вторую — с пакистанским. И это правильный шаг, и это задел на будущее, тем более, что Шейх подготовил немало учеников и соратников из числа коренных пакистанцев — в ЮАР и Британии.

Это — стратегическая надежда и потенциал. Ибо обновление Уммы может состояться только тогда, когда его импульс, идеи придут из Запада в коренные земли Ислама — Арабский мир (хотя бы Магриб), Субконтинент, ЮВА.

Европа, моя любимая Европа представляет собой пока самое слабое звено в возможной реконструкции Ислама. Она может генерировать кадры, концепции и идеи, но в том отрыве от остальной Уммы, в котором находятся европейские мусульмане, они так и рискуют оказаться кладом, зарытым в землю и сгнившем в ней. 

То, что могут сделать европейцы в Исламе — это: 

-для себя — выращивать ростки (семьи, кланы, джамааты) из собственных корней в надежде, что они дадут побеги, причем, не факт, что в Европе, будущее в которой Ислама неочевидно;

— ставить на службу Умме свой интеллект, стремясь воздействовать на процессы в самом Исламском мире, что означает живое участие в них. 

Если все это получится, не мы, так наши дети, ин ша Аллах, увидим новый расцвет Исламского мира, одной из причин которого можем и стать. Если же нет, как мы ответим за тот клад, который нам был дан, чтобы служить Умме, а мы спрятали его в погребе?!

Вообще, если говорить о яром неприятии салафитами ашаритов, то это саудовская, недждийская тема. 

Например, Абдаллах Азам считал ашаритов ахль-сунной, но ошибшейся в тауиле. Абу Мусаи ас-Сури был такого же мнения. Завахири высоко отзывался о Мулле Омаре, подчеркивая, что он матуридит, стало быть, надо полагать, они вместе с Бен Ладеном считали матуридитов ахль-сунной, хотя и отклонившимися в рядевопросов, с их точки зрения.

Но молодняк, особенно в Саудии и Африке, стоит на недждийско-такфиристских позициях, которые преподносятся как анти-ихвановские. 

Старой гвардии, которой приписывают «ихвановский манхадж», было присуще несогласие с ашаритами в ряде вопросов, но при этом отношение к ним как к ахль-сунне или почти ахль-сунне.

А вот как в оригинале звучали мои слова про Халифат — как видно, ничего про включение в его состав России там и близко не было:

«Вы поддерживаете создание халифата? Введение шариатских законов и т. д.? Это тоже многих пугает.

Тут надо разбираться. У нас считают, что ортодоксальный ислам — это его ваххабитская карикатура. Также у нас под халифатом понимают пародии на него в виде межвоенной Чечни или Сомали, под шариатом — тоже самое. Если смотреть реально, то последний халифат — это Османская Империя, она нам наиболее симпатична, а не аттатюрковская Турция, которая была антиисламским образованием. Несмотря на то, что Турция достаточно часто воевала с Россией, в своей зрелой стадии это было состоявшееся дееспособное государство. Естественно, с пониманием, что Турции уже никогда не будет в прежнем виде, как не будет в прежнем виде и России, мы настроены проэрдогановски, возлагаем большие надежды на его неоосманский курс.

Конечно, надо понимать, что исламский мир будет стремиться к халифату. Но под халифатом надо понимать не что-то похожее на Сомали, а что-то похожее на ЕС, но в мусульманском мире. Это не будет мировое государство, это — утопия, фантастика. Если, конечно, не говорить о последних временах, так как мы верим в пришествие Мессии, как и христиане, в царствие справедливости, в имама Махди. А если брать мирские сценарии не апокалиптические, то и неисламский мир заинтересован, чтобы появился некий полюс, сила в исламском мире, сила предсказуемая и договороспособная. В том числе и как инструмент влияния на мусульманские меньшинства в немусульманских странах, что является проблемой для Европы. В той же Франции погромщики, которые громили пригорода Парижа, это ведь не были традиционные исламские общины, которые оглядываются на мнение легитимного халифа, который их от этого предостерегает».

Ну и напоследок на сегодня — на счет мусульман между ЕС и РФ-ЕАС.

Я совершенно без розовых очков смотрю и на ЕС, и на перспективы мусульман в нем. Но я знаю одно — пока в ЕС мусульманам как-то жить можно, местами даже неплохо. В России же удавка на горле у мусульман затягивается не по дням, а по часам.

И на счет переориентации постсоветской страны на ЕС, есть пример Молдовы, о котором нам рассказывал ее муфтий Сокирка.

Пока у власти там был православный коммунист Воронин, щемили мусульман только так. Но произошла революция, к власти пришли про-румынские и про-еэсовские силы. Казалось бы, националисты, православные, должно было стать хуже.

Ан нет, стало лучше. Во-первых, потому что стали оглядываться на ЕС в области прав человека и разного рода меньшинств. Во-вторых, новым послом США в Молдову, который там играет не последнюю роль, назначили мусульманина.

Два этих обстоятельства привели к тому, что местная мусульманская община переживает сейчас под’ем. При этом никаких угроз местным это не представляет, ибо отсутствует питательная среда разговоров об «исламизации» в виде массовых потоков мигрантов. 

Схожая ситуация все эти годы была и пока остается в Украине. Мусульманам там гораздо свободнее, чем в России. Но чем больше там становится российского влияния, тем больше с ним приходит и исламофобии, в том числе, в деятельности силовых структур.

Поэтому в моменте правильный выбор меду нынешней Россией и нынешним ЕС для мусульман очевиден. А там, кто знает, как оно будет завтра — в политике нет ни вечных врагов, ни вечных друзей, но только вечные интересы.

Пару дней назад возник вопрос, насколько вообще русским мусульманам надо выделять себя как отдельную этноконфессиональную общность, как это делают кряшены? Почему нельзя быть просто русским, но мусульманского вероисповедания, как есть русские православного вероисповедания, католического вероисповедания и т.п.?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо отталкиваться от того содержания, которое вкладывается в понятие «русский». Если «русский» — это понятие, фиксирующее языковую, этническую и/или гражданскую принадлежность человека, то это одна история. Тогда в русле концепции современной гражданской нации, быть русским означает, прежде всего, иметь права при необходимости соблюдать гражданские законы.

Например, русские имеют право, далее перечисляются права, как это есть в конституции РФ, в том числе: «Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними». 

Если подход к русскости в обществе такой, то никаких проблем быть русским и иметь какое угодно исповедание нет, если никто не лезет в твою частную жизнь, не навязывает тебе, в чем ходить, куда ходить, что есть и что пить, какие праздники справлять или не справлять, как относиться к тем или иным событиям истории России и т.д. 

Но совсем другая история в России. Так как русские за всю свою историю так и не состоялись как гражданская нация, быть русским в России означает «нести крест» (в прямом и переносном смысле), а именно служить какой-то миссии, идее, идеологии, которые и определяют русских как «государствообразующий народ», а на самом деле, государствообразуемый служивый народ.

Поэтому, когда в России говорят, что ты русский, имеют в виду не то, что ты МОЖЕШЬ, а то, что ты ДОЛЖЕН.

Если ты — русский, значит, ты должен:

— вести себя, как «нормальные русские»: отмечать со всеми общие праздники, не выделяться внешним видом или поведением, есть и пить то же, что и все, словом, «не отделяться от коллектива»;

— всегда быть на стороне России, что бы и против кого бы она ни делала — «Родина всегда права», а если ты так не считаешь, то ты «предатель Родины»;

— быть православным (даже если ты «православный атеист» или «православный язычник»), потому что «неправославный не может быть русским».

То, что в таком понимании русским мусульманин быть не может — это очевидно. Как очевидно и то, что если даже он себя будет считать мусульманином, пытаясь построиться под «нормальных русских», его все равно не оставят в покое и не признают вполне русским, пока он не откажется от своего, даже номинального ислама.

Поэтому прав один из комментаторов моей статьи о русских мусульманах и кряшенах, когда пишет: «Если обывателю в качестве пищи для размышления дать словосочетание: «русские мусульмане», в большинстве случаев он недоуменно спросит: «А такие есть вообще?» Они спокойно воспринимают русских коммунистов, русских атеистов, русских язычников и даже русских сатанистов. Они напряжённо, со скрипом, но всё-таки воспримут русского католика или протестанта. Но русского мусульманина — никогда! Пока в отсталой России это остаётся феноменом и из ряда вон выходящим случаем, который автоматически делает человека не русским, будто вместе с религией он меняет и национальность. Кряшены же — это историческая общность. Традиционные татары могут ненавидеть их, относиться к ним как к муртадам, но в то же время признавать, что да, такое явление существует, крещёные татары действительно имеют место быть».

Именно поэтому кряшены, выделившиеся в отдельную общность, так или иначе признаются татарами, с ними считаются, а русских мусульман воспринимают отщепенцами.

Кого это волнует? Живи мы в правовом государстве, которое придерживается своей же конституции, и впрямь никого бы не волновало. Но так как Россия живет не по конституции, а по идеологии, спускаемой сверху и пронизывающей большинство общества, то именно она, а не конституция определяет конкретные действия конкретных силовых структур, очень даже волнует.

И до тех пор, пока это РАДИКАЛЬНО не изменится, русскому быть мусульманином означает быть кандидатом либо на «перевоспитание», либо на уничтожение (выдавливание и т.п.). Именно поэтому, необходимо ставить вопрос об особой этноконфессиональной общности, для которой сочетание ее исламскости и русскости является не вызовом последней, а неотъемлемым атрибутом существования и идентичности.

Вдогонку к теме русских мусульман — еще кое что, остужающее пыл и головокружение от успехов, которых еще нет. 

Когда тема русского ислама только начиналась, многие из нас страдали мегаломанией, частью которой являются разговоры о какой-то великой исторической миссии русских мусульман. Взгляды на эту миссию есть разные — от объединения мусульман России до чуть ли не обновления всей Исламской уммы.

Кто знает? На самом деле, только Аллах. Но я пока могу сказать только одно, чтобы говорить о том, что «русские мусульмане должны» то-то и то-то, для начала русские мусульмане должны просто быть. Причем, быть не просто как вспышка, которая может вспыхнуть и потухнуть — потому что не только 10, но и 20 лет для истории — это не срок. А должны быть как стабильная величина, должны состояться. Вот тогда, когда с высокой вероятностью уже можно (!) будет говорить о том, что русские мусульмане как общность это необратимое явление, тогда, исходя из ее реально оцениваемого потенциала, можно будет судить, какую миссию в умме — российской и мировой ей реально выполнять.

Пока же нужно делать то, что можно и то, что должно, поменьше теша свое самолюбие достоевщиной в исламской обертке. Глобальные миссии — это роскошь, удел сильных. Когда московские князья думали, как им выжить под ордынцами, заполучить ярлык, собрать в кулак как можно больше людей и земель, они вряд ли думали о каких-то миссиях. И только тогда, когда возникло сильное Московское государство, на него можно было примерить шапку Третьего Рима.

Так вот, сейчас русские мусульмане в таком положении, когда нам нужно по камушку, по кусочку собирать свой удел. Что же касается миссий, то пусть по нашим силам и по нашему реальному участию, их на нас лучше возлагают со стороны. Так будет и скромнее, и жизненнее.

А теперь от Украины к делам исламским, хотя по контексту обсуждения они друг с другом связаны.

Не было времени раньше об этом написать, но за последние пару недель не раз всплывали обсуждения на тему того, что мусульманам не надо ни жить на Западе, ни бороться за права мусульманского меньшинства внутри западной системы.

Про первое все более-менее понятно, так как отсутствие сегодня даруль-ислама, который бы принял всех европейских мусульман очевидно. А вот на втором, пожалуй, стоит остановиться.

В частности, была высказана мысль, что те, кто принимают роль меньшинства в западных странах, расписываются в неверии в возможность установления исламской системы.

По этому поводу я хочу сказать следующее. Имея за плечами скромный десятилетний опыт участия в исламском движении со знакомством с людьми и информацией на разных уровнях и осмыслением этого опыта, я лично действительно не верю в возможность установления исламской системы — с теми людьми, которые это писали.

Потому что, когда при обсуждении с подобными «исламистами» видишь, что они не могут элементарно ответить на вопрос, на чем основывается их понимание Ислама: каком мазхабе, трудах каких ученых, чьих фетвах и т.д., а взамен тебе говорят: ты лучше приведи доводы, понимаешь — СИСТЕМЫ Ислама нет прежде всего в головах этих людей. Равно, как ее нет в головах тех, кто придерживается обскурантистских воззрений, отрицающих серьезное исламское богословие, юриспруденцию, не говоря уже о науках духовных состояний.

При том, что все эти люди мои братья и я считаю нужным их защищать, если только они совсем уж откровенно не вредят другим мусульманам и Исламу, судьбу бы им я не вверил — ни свою лично, ни, тем более, общества.

Дома Ислама не построишь на таком фундаменте, а что же говорить о стенах и перегородках, которые мы имеем? У строителей исламской системы чаще всего близкое к нулевому гуманитарные мышление, знания в области политических наук, развития современного общества и тд. И вкупе с разрушением классической теологии на выходе это дает просто дичайший эффект.

Единственное, на кого я считаю возможным ставить в самом Исламском мире при таком раскладе — это Турция. Но будем откровенны в том, каковы политические источники ее мощи на фоне разрухи в других мусульманских странах.

С одной стороны, да, это наследие мощнейшей в истории Ислама Османской империи. Однако с другой стороны, будем откровенны — это интегрированность Турции на выгодных условиях в структуры Западной цивилизации, будь то военные или экономические.

То есть, в отличие от хаоса в головах и деятельности других исламистов, турецкие опираются на СИСТЕМУ. Но исламская ли это система? Нет, это западная система, важный стратегический участок которой удалось взять под свой контроль мусульманам. И похоже, что работает она пока именно поэтому, увы и ах.

Хорошо ли это? Тактически, да, но стратегически, конечно, плохо, очень плохо. Однако решением этой проблемы не может стать отказ от работающей системы, пока ее нечем заменить — в противном случае Турция из надежды мусульман всего мира станет в один ряд с Ираком, Сирией, Афганистаном.

Есть ли выход из этой ситуации? Теоретически, да, и лежит он в осознании того, что «разруха не в клозетах, разруха в головах». В том числе и в первую очередь в головах многих носителей «исламского проекта».

По хорошему, новое здание надо закладывать с фундамента. Собирать ученых — возродителей системы Ислама, его теологических и юридических основ в мощный центр, способный воздействовать на умму. Собирать ученых светских наук, способных развивать их в синергии с исламской теологией. Далее, на этой основе собирать специалистов в прикладных сферах знания. Сформировать таким образом исламский проект и начать его технологично внедрять.

Ну, а причем тут Запад? При том, что, во-первых, кадры для прикладных и гуманитарных наук есть только на нем и частично уже и для самих наук исламских. Во-вторых, собрать эти кадры, просто осознать эту необходимость и обеспечить им условия для работы на данном этапе может только исламизированная западная или наоборот вестернизированная исламская Турция. Ни Ирак, ни Сирия, ни Афганистан — это очевидно.

Так что, друзья, если исламский проект и возможен как альтернативная система, а не анти-система или спарринг-партнер западной, то только с подпиткой от западной цивилизации. Ибо другой в современном мире попросту нет, по крайней мере, исламской нет точно — умма есть, а вот цивилизации нет. 

Сие отнюдь не значит, что я призываю к пораженческой позиции — это не так. Именно поэтому я категорически против разделяющих ее гюленистов, которые хотят прогнуть Ислам под Запад, и за Эрдогана, который прогибает Запад под свой проект.

Если Аллах даст успех этому человеку и его команде, мусульманам удастся взять под свой контроль эффективно работающую экономику и армию в одной из ключевых стран. Но еще раз — надо понимать, что эффективность эта на данный момент обеспечена тем, что они порождение западной системы, а не разрушенной исламской.

А изменить это можно будет только включив мозги, для чего пока необходимо учиться у Запада (если что, Запад это не синоним демократии и либерализма). И если этого делаться не будет, я лично, да, буду считать, что мы или движемся к ахыр-заман или уже находимся в нем и что, возможно, до прихода имама Махди возрождения Ислама в мире мусульманам уже не наблюдать, а только нарастающую фитну. А в фитне, если и можно о чем-то говорить, то об уровне семьи, общины, максимум, отдельной страны или земли, но не о глобальной исламской альтернативе.

ПОЛОЖЕНИЕ МУСУЛЬМАН В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ И РОССИИ

 

Мусульмане России (и не только) должны понимать, в какой правовой и политической ситуации они находятся, потому что от этого зависит, какие хукмы (положения) Шариата и как на них распространяются.

ОШИБОЧНЫМ является мнение, что нормы Шариата везде действуют одинаково. Да, большинство его положений неизменно, независимо от того, где живет человек. Однако регулирование ряда вопросов человеческих взаимоотношений (муамалят) напрямую зависит от того, о какой ЗЕМЛЕ (территории) идет речь.

Факихи (исламские правоведы) делили все земли мира на два возможных вида: даруль-ислам и даруль-харб. Сразу отметим, что в последнее время некоторые ученые стали подвергать это деление сомнению, так как оно прямо не содержится в Коране или хадисах, но является результатом иджтихада (компететного правового суждения) имамов древности. С их точки зрения, сейчас пришло время отказаться от этого деления, ибо в условиях глобализации и Ислам, и куфр территориально перемешаны и присутствуют везде. 

Мы не согласны с таким подходом. Не только потому, что для пересмотра иджтихада имамов мазхабов требуется иметь уровень, которым в наши дни никто не обладает. На самом деле, сама жизнь просто не подтверждает того благодушного оптимизма, что человечество достигло состояния единого мира, в котором свободно будут чувствовать себя все религии. Мы же видим на каждом шагу, что этого не происходит, хотя во многих случаях механическое разделение всего мира на белое и черное перестает работать. Однако если мы обратимся к классическому фикху, то увидим, что эти изменения были отражены во мнениях ученых уже давно, поэтому все, что нам сегодня требуется – это понять, как адаптировать и применять его в нынешних условиях.

ДАРУЛЬ-ИСЛАМ – в основе это земля, в которой господствует Ислам. И очевидно, что те, которые считают, что эта категория утратила актуальность, наивны, ибо не может быть даже одинакового отношения к Исламу и его последователям там, где они господствуют (тамкин) и там, где они зависят от милости немусульман, уже не говоря о претворении в жизнь законов Шариата. 

Есть два разных критерия и определения для даруль-ислам. Для одного достаточным условием является, чтобы на какой-то земле преобладали мусульмане и открыто практиковался Ислам: звучал азан с минаретов, проводились молитвы Ид и т.д. Другое определение требует, чтобы территория находилась под правлением Ислама, его законов и правителей, которые признают их. 

Если посмотреть с этой точки зрения, то в мире сегодня не найти даруль-ислам, потому что в большинстве мусульманских стран либо господствуют неисламские законы, либо правят правители, которые подчинены куффарам и не могут из-за этого проводить политику, основанную на Исламе. Поэтому, с таких позиций, мусульмане сегодня находятся в положении ГУРБАТА (отчужденности, гонимости) и, с одной стороны, на них ложится ФАРД-КИФАЙЯ (обязанность, лежащая на обществе) стремиться к восстановлению даруль-ислам, прежде всего, в странах, населенных мусульманами, с другой стороны, до достижения этой сложной задачи они вынуждены выживать и существовать в своих малых мирках – на индивидуальном уровне, уровне семьи, общины, поселения и т.д. 

ДАРУЛЬ-КУФР – это земля, в которой Ислама нет вообще или он слаб и не господствует. Некоторые ученые, например, ханафиты, ставили знак равенства между даруль-куфр и ДАРУЛЬ-ХАРБ, который часто переводят как «землю войны». Из этого делается вывод, что классический фикх предусматривает по отношению к немусульманским странам только возможность войны с ними.

На самом деле, это не так. Даже у ханафитов, которые считают, что любой даруль-куфр это автоматически даруль-харб, не имелось в виду, что с последним надо обязательно воевать. Даже ранние имамы мазхаба, как то имам Шайбани, допускали возможность мирного нахождения среди ХАРБИ-МУАХАД (то есть, кафиров, которые разрешили мусульманину жить среди них), но на определенных условиях, о которых мы поговорим ниже. С этой точки зрения, их понимание даруль-харб состояло в том, что это необязательно земля, с которой идет война, но это земля, которая враждебна Исламу по природе в силу того, что в ней господствует куфр, а куфр никогда не будет доволен Исламом и мусульманами, хотя мусульманин и может временно находиться в такой земле с соблюдением ряда условий. 

ПОЗДНИЕ ХАНАФИТЫ несколько смягчили мнение, сказав, что даруль-куфр может быть двух видов: ДАРУЛЬ-ХАВФ (земля страха) и ДАРУЛЬ-АМАНА (земля безопасности). Они отличаются тем, что в первом случае господствующие куффары не дают мусульманам гарантий соблюдения их религии и их прав, а во втором случае мусульмане могут спокойно жить под их властью, следуя своей религии, как то было с общиной первых мухаджиров (исламских переселенцев), переселившихся из Мекки (даруль-хавф) в христианскую Эфиопию (даруль-амана).

Подобное мнение более четко закреплено у ШАФИИТОВ, которые делят мир на три группы территорий: 1) даруль-ислам, 2) дар ас-сульх, 3) даруль-харб. Таким образом, они ввели категорию ДАР АС-СУЛЬХ как того, что не является даруль-ислам, потому что там не господствуют Ислам или мусульмане, но и не является даруль-харб, потому что мусульмане могут жить в такой стране в безопасности и соблюдая свою религию. Таким образом, дар ас-сульх у шафиитов по смыслу совпадает с понятием даруль-хавф у поздних ханафитов.

Что касается МАЛИКИТОВ, то их мнение тоже менялось. Фактически, многие из них тоже признали наличие категории дар ас-сульх или даруль-хафв, когда испанские христиане вернули себе контроль над Испанией, но первые несколько десятилетий были еще терпимы к оставшимся там мусульманам и иудеям. Однако в последующем, как известно, гайки стали закручиваться и мусульмане подверглись насильственной христианизации и геноциду, что лишний раз подтверждает мнение о том, что положение мусульман вне даруль-ислам по определению является неустойчивым, что позволяет лучше понять позицию ранних ханафитов. 

В НАШИ ДНИ ситуация осложняется тем, что, если следовать строгим критериям, даруль-ислам сегодня вообще отсутствует. Поэтому одновременно со стремлением к его восстановлению, которое может растянуться на долгие годы (и один Аллах знает, когда и как оно произойдет), фактически мусульманам приходится выбирать между даруль-харб и дар ас-сульх или же между даруль-хавф и даруль-амана, то есть, странами, которые в разной степени находятся под господством куфра, но в одних из них мусульмане и их религия находятся в более-менее защищенном положении, а в других – нет.

А к какой категории, на ваш взгляд, относится современная Россия:

1) дар ас-сульх (даруль-амана)
2) даруль-харб (даруль-хавф)?

Военно-интеллектуальная, экономическо-интеллектуальная,гуманитарно-интеллектуальная и богословско-интеллектуальная научно-практические лаборатории — вот то, что требуется сегодня Умме в первую очередь. Можно сказать, это и стало бы штабом возрождения Исламской уммы в наши дни.

2 комментария

  1. Салам алейкум. А почему бы всем европейским мусульманам не уехать в Боснию или Албанию??

    • Уа алейкуму ас салям.

      Наверное, потому, что и боснийцы, и албанцы их там не ждут. В том числе, потому, что сами не являются хозяевами этих зависимых стран в полной мере.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*