Не все, кто рассматривают Русскую православную церковь Московского Патриархата (РПЦ МП) как религиозную организацию, знают, что при ней существует структура, претендующая на роль общенационального собрания русского народа — Всемирный русский народный собор (ВРНС). Это что-то вроде Всемирного конгресса татар (ВКТ), но с той существенной разницей, что ВКТ включает в себя представителей татарского мусульманского духовенства, в то время, как ВРНС существует при корпорации русского православного духовенства и под ее контролем.

И если в первое десятилетие неприметного существования ВРНС прошлый глава РПЦ МП патриарх Алексий всего лишь благословлял его деятельность, то новый патриарх Кирилл, никогда не скрывавший своих амбиций по воцерковлению всего русского народа, 1 февраля 2009 года стал официальным главой ВРНС. В связи с этим на примере последних новостей, касающихся национальной жизни татарского народа, будет интересно, какую политику РПЦ проводит среди русских, и какую она проводит среди татар, потому что, ее она тоже проводит.

Если говорить о соотношении религиозного и национального факторов, РПЦ через ВРНС 11 ноября 2014 года приняла для русских «Декларацию русской идентичности», которая не оставляет сомнений в том, какими должны быть религия религиозной части русских и отношение к ней у нерелигиозной:

«В формировании русской идентичности огромную роль сыграла православная вера. С другой стороны, события ХХ века показали, что значительное число русских стало неверующими, не утратив при этом национального самосознания. И все же утверждение о том, что каждый русский должен признавать православное христианство основой своей национальной культуры, является оправданным и справедливым. Отрицание этого факта, а тем более поиск иной религиозной основы национальной культуры, свидетельствуют об ослаблении русской идентичности, вплоть до полной ее утраты».

И как известно, такие относительно дипломатические формулировки на словах на деле уже годами воплощаются в систематических репрессиях против русских, осуществляющих «поиск иной религиозной основы» и находящих ее — при активном участии в этих репрессиях многочисленных связанных с РПЦ «экспертов», начиная с директора Правозащитного центра ВРНС Романа Силантьева.

Однако при разработке Стратегии развития татарского народа («Татары: стратегия действия»), силы, непосредственно поддерживаемые РПЦ, развернули активную деятельность с целью внесения в нее совсем других формулировок, чем те, что РПЦ утвердила для русских.

Речь, конечно, идет о движении православных татар и их требованиях, поддерживаемых РПЦ, о которых писали «Idel.Реалии».

В итоге, в Стратегию татарского народа были вписаны существенно иные формулировки о связи религиозной и национальной идентичности, чем те, которые были утверждены РПЦ-ВРНС для русских. Так, с одной стороны, в ней признается, что: «Огромную роль в деле сплочения нации, в сохранении и развитии языка, культуры и традиций сыграл ислам, добровольно принятый предками татар в качестве государственной религии в 922 году».

Однако если в Декларации русской идентичности утверждается, что «поиск иной религиозной основы национальной культуры» свидетельствует «об ослаблении русской идентичности, вплоть до полной ее утраты», то в Стратегии развития татарского народа после фразы об исторической роли Ислама говорится: «Исторически часть татар исповедует православие. Татары всегда относились с глубоким уважением к верующему, а значит надежному человеку».

А в другом месте Стратегии татарского народа пишется, что «Быть татарином — значит …укреплять единство со всеми татарами, где бы они ни проживали, на каком бы языке ни общались, какой бы религии ни придерживались».

Эту победу проводников РПЦ в среде татарского народа торжественно отметила на своем сайте их лидер Динара Бухарова в статье с исчерпывающим названием «Православные татары впервые за 7 веков добились признания себя со стороны татар мусульман исторической полноправной частью татар, а также признания татарского народа двухконфессиональным».

При этом надо отметить, что этой победы православные татары добились не как татары православного вероисповедания со своей Татарской православной церковью, а как чада Русской православной церкви и при ее активной поддержке, без которой она вряд ли была бы возможна.

Однако несмотря на то, что лоббисты РПЦ, казалось бы, получили от (номинального) руководства татарского народа то, чего хотели, они стали вести свою деятельность на «татарском фронте» еще в одном направлении. Но прежде поговорим о том, как та же РПЦ смотрит на аналогичную проблему у русских.

Так, 10 декабря 2013 года Экспертным центром ВРНС был принят Меморандум «О единстве русского народа», в котором говорилось, в том числе следующее:

«Сегодня в активной разработке геополитических недоброжелателей России находятся такие проекты как сибирский сепаратизм (отделение Сибири), казачий сепаратизм (отделение Дона, Кубани и Предкавказья), поморский сепаратизм (отделение русского Севера), калининградский (потеря Балтийского анклава), дальневосточный и уральский сепаратизмы.

…разрушительная работа проводится в обширных регионах Российской Федерации, население которых всегда считалось русским. В сознание проживающих там соотечественников внедряется новая национальная идентичность. Так, во время Всероссийской переписи населения 2010 года с широким размахом прошли пиар-акции «Национальность — казак!» и «Национальность — сибиряк!».

…Одним из ключевых моментов в создании новой идентичности является искусственное конструирование региональных языков («Поморьска говоря», «Казачий язык», «Гутор», «Балачка», «Сибирськи говор»)… Аналогичные лингвистические эксперименты, только несколько меньшего размаха, ставятся также на русском Севере и на русском Юге.

Если такой подход восторжествует, то, при активной поддержке извне, противопоставленное национальной идентичности региональное самосознание будет неизменно нарастать».

То есть, как видно, выделение из русского народа групп, рассматриваемых им как его субэтносы, ВРНС-РПЦ признает угрозой, которой требуется противодействие как русских, так и государства. А какую же политику в этом вопросе функционеры РПЦ проводят по отношению к татарскому народу, уже признанному его (номинальным) руководством двухконфессиональным?

Известно, что среди прочих одной из острейших для татарских национальных активистов является проблема сибирских татар (себерле), среди которых сегодня есть свои сторонники позиционирования в качестве отдельного народа, как они есть среди казаков.

Такие настроения среди казаков РПЦ воспринимает как угрозу, и в вышеупомянутом Меморандуме ВРНС отдельно говорится о недопустимости «лингвистических экспериментов» по развитию языков групп, которые рассматриваются им как субэтносы русского народа. В связи с этим будет интересно узнать, что двумя активными подвижницами развития сибирско-татарского языка сегодня являются преподавательницы Тобольской духовной семинарии РПЦ Ханиса Алишина и Гульсифа Бакиева. Они даже перевели на сибирско-татарский язык Библию, которая сейчас активно распространяется среди сибирских татар, параллельно с работой сторонников их самоопределения в качестве отдельного от татар народа, приуроченной к предстоящей переписи.

А теперь представим себе, какой будет реакция РПЦ, если завтра мусульманами — выходцами из этих групп при поддержке какого-нибудь Духовного управления мусульман будет осуществлен перевод смыслов Корана на «поморьску говорю», «балачку», «сибирськи говор», его издание и распространение среди них.

Со своей стороны автор данной статьи не собирается вмешиваться в дискуссию о том, являются ли все указанные группы субэтносами соответствующих народов, как считают одни, или отдельными народами, как считают другие. Она призвана показать лишь то, какую политику РПЦ проводит в вопросах религиозного и внутриэтнического едино- или много- образия в отношении русских и какую в отношении татар.

Опубликовано на Idel.Реалии

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*