С конца прошлой недели некоторые подписчики спрашивают мое мнение о формирующихся раскладах в Карабахе и вокруг него. Сейчас появилось время его высказать, появились и некоторые поводы для этого.

Прежде всего, хочу сказать, что я лишь укрепляюсь в ранее высказанном предположении, что по итогам этой войны между Алиевым и Путиным была заключена негласная сделка о разделе бывшего Нагорного Карабаха на отвоеванный азербайджанский Карабах с центром в Шуше и переходящий непосредственно под управление Кремля непризнанный армянский Арцах как еще одна черная дыра постсоветского пространства.

В пользу этого говорит все больше свидетельств россиезации т.н. НКР, начиная от планов превращения русского во второй государственный язык, поддержанных Песковым, до первых сведений о начале оформления отдельным его жителям российского гражданства. Что же касается заявления Пескова о том, что в Кремле не изменили мнения о статусе Карабаха, на мой взгляд, не стоит к этому слишком серьезно относиться, так как Россия до 2008 года не признавала и независимости Абхазии и Южной Осетии, равно, как до сих пор не признает их у ДНР и ЛНР.

Однако стратегическую проблему и для Азербайджана, и для региона я вижу даже не в том, что Алиев де-факто отдал Путину часть юридически принадлежащей Азербайджану территории, так как из 100% не принадлежавшего ему фактически, он вернул себе примерно 70% и юридически не потерял остальные 30%.

Один из лучших исследователей карабахской проблемы Томас Де Ваал хорошо показывает в своей книге о ней, как причиной поражения Азербайджана в первой войне был именно отказ его тогдашнего руководства во главе с Эльчибеем запускать в Карабах российских миротворцев. Алиев-младший явно сделал свой вывод из этой истории и пошел на сделку с Москвой в благоприятный для этого момент, когда в Ереване оказалось руководство, утратившее с ней союзнические отношения.

В чем я в таком случае вижу проблему? В двух взаимосвязанных вещах.

Во-первых, в том, что похоже эта сделка предполагает переход под Москву не только Арцаха, но и самой Армении с перспективой замены Пашиняна удобной для нее фигуры.

Во-вторых, в многократно повторяемых Баку утверждениях о том, что карабахская проблема закрыта.

Почему два этих вопроса связаны, а создающаяся ситуация таит в себе долгосрочные риски?

Дело в том, что по этой войне мы увидели, чем чреваты т.н. замороженные конфликты, фактический результат которых не оформлен юридически, то есть, разрыв между фактическим и юридическим порядками.

Сегодня такой разрыв возникает, когда Алиев говорит, что карабахский вопрос закрыт, но в действительности это не так, потому что Азербайджан не контролирует примерно 30% территории бывшего Нагорного Карабаха. Сама по себе это не проблема — недавно он не контролировал все 100%, сейчас контролирует хотя бы 70%. Проблема заключается в том, что статус оставшихся 30% до сих пор остается предметом спора, а значит и нового потенциального конфликта, о чем позже.

Причем, этот статус не признает не только одна сторона — азербайджанская, но и другая — армянская, снова начиная ставить на международных площадках вопрос не только о «независимости Арцаха», но и о «деоккупации Арцаха».

Да, сегодня такой риск, а именно риск военного реванша Армении-Арцаха с возвращением себе утраченных территорий для Азербайджана нулевой. Как в силу соотношения военных сил, так и в силу сущности политической сделки, в которой Путин и Алиев выступили как союзники против «майданиста» и «соросенка» Пашиняна. Но, как верно указал Виталий Портников, это означает, что гарантами целостности Азербайджана становятся Путин и Алиев, а что будет, если через несколько лет ситуация поменяется и азербайджанцы захотят избавиться от Алиева, а в Армении при этом будет режим, полностью устраивающий Россию?

И тут надо понимать, что победив в войне, Азербайджан получил возможности для того, чтобы действительно закрыть — хотя бы в будущем — карабахскую проблему, то есть, не сделать вид, что она закрыта, а действительно ее закрыть, то есть, тем или иным способом добиться признания всеми сторонами конфликта соответствия формального и фактического положения дел.

Сделать это можно было бы по-разному, в том числе, при желании наиболее амбициозным для Азербайджана путем — интеграцией в его состав оставшейся части НКР. Причем, и заявление об этом Алиева, и появившиеся планы о создании транзитных коридоров через подобные территории были шагами в этом направлении. Более того, мы видели, что даже оспаривая такой сценарий на словах, нынешнее армянское руководство фактически приветствовало эти шаги — во-первых, мы видели заявления нового министра экономики Армении о возможности возобновления сотрудничества с Азербайджаном и Турцией, во-вторых, мы наблюдали кампанию провластной армянской пропаганды, направленную на отчуждение арцахцев от хайястанцев, то есть, жителей Республики Армении, фактически перечеркивающую идею «миацума», то есть, их объединения, из-за которой изначально началась эта война.

Но, именно в этот момент мы видим, что руководство Азербайджана начинает отталкивать от себя возможность выиграть мир после выигранной войны. Почему я так думаю? Потому что снимаемые и сливаемые в интернет военные преступления или факты вандализма азербайджанскими военными в отношении отдельных армян на перешедших под контроль Баку территориях, явно носят характер целенаправленной кампании. Будь это иначе, и уже после первых их прецедентов, Баку бы отреагировал на это жестко и внятно, причем, не только на уровне слов, но и на уровне дел — соответствующими кадровыми и дисциплинарными решениями.

Сейчас же подобные сливы в интернет таких перфомансов явно играют на руку тем, кто говорит «вот ваша обещанная культурная автономия», «вот ваша интеграция Армян в состав Азербайджана», «вот с этими людьми вы нам предлагаете торговать» и т.д. То есть, на руку врагам Пашиняна и одновременно армянским реваншистам.

Да и в целом, уже на заключительном этапе войны и сразу после нее стало понятно, что Алиев и алиевская пропаганда стремятся утопить Пашиняна, несмотря на то, что он оказался президентом, позволившим Азербайджану выиграть войну и способным позволить Азербайджану выиграть мир, что ему и вменяют в вину армянские ультранационалисты.

Почему? Да, потому что, скорее всего частью сделки было не это, а возвращение Армении, в которой через какое-то время уберут Пашиняна, под контроль путинской России, которой примирение Азербайджана и Армении с постепенной переориентацией последней на сотрудничество с соседней Турцией категорически не нужно.

Чем такая линия поведения чревата для Азербайджана в будущем? В принципе, не только сегодня, но и завтра шансы Армении взять военный реванш у Азербайджана будут малы. Но как говорится, never say never. Если вопрос в принципе не решен, и повод для войны сохраняется, гипотетически ее результаты могут быть какими угодно. Да, куда больше шансов, что Армения по ее итогам вообще может прекратить существование или лишиться Зангезура, чем того, что она отвоюет потерянные сейчас территории. Но мы живем в непредсказуемом мире, где возможно все — может измениться геополитическая ситуация, связанная с Турцией, да и кто сказал, что в будущем у Армении не может появиться ядерного оружия, да, так же незаконно, как это произошло с Израилем, но что это изменит?

Безусловно, для самой Армении, тем более в нынешней ситуации выбрать стратегию антиазербайджанского и антитурецкого реваншизма — это выбрать путь в тупик, путь нищеты и дальнейшей «абхазизации» и «днризации». Но кто сказал, что те, кто заинтересован в выборе этого пути, думают об интересах армян? Одни из них одержимы религией великоармянизма, другим нужна Армения как военный форпост, пусть даже и нищая и изолированная.

Вопрос заключается в том, зачем способствовать их планам тем, кто по логике вещей заинтересован в противоположном и обладает сейчас редким шансом переломить этот тренд.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*